Бестия хмыкнул. Этот человек, в какой-то миг показавшийся чересчур самоуверенным, ему нравился. С ним хотелось иметь дело.

— Что это за человек, который погиб?

— Мой сын. Ну знаете, жизнь за жизнь.

— Благородно, — прокомментировал он.

— Не только. Кроме того, если я выиграю это дело, оно украсит мой послужной список. Мою статистическую книжечку. А в выигрыше я почему-то уверен. Итак, вы согласны?

— Ну… Почему бы и нет. Давайте, попробуем.

— Отлично, — кивнул Мэльдор. — Пару слов о себе. Как я уже говорил, я Мортимер, то есть принадлежу к клану Мортимеров, о чем вы, собственно, могли догадаться по моей внешности, поскольку я беловолос, а белобрысость — один из наших родовых признаков. Пятьдесят шесть лет назад я закончил стажировку в суде, кстати, здесь же, в Биали. Закончил с отличными рекомендациями. С тех пор практикую. Если хотите задавать вопросы, не стесняйтесь. Давайте договоримся, вопросы задаем друг другу по мере необходимости и отвечаем только правду. Или не отвечаем ничего. Но вам я рекомендую всегда говорить правду. Поскольку я буду представлять вас в суде, мне придется знать о вашем деле никак не меньше, чем вам самому, скорей уж больше. Договорились?

— Ага. — Бестия едва слышно фыркнул. — У меня один вопрос. Можно?

— Я же сказал — да. Любой.

— Сколько у вас проигрышей? Приблизительно? Мэльдор поднял на него спокойный взгляд.

— Ни одного.

— Ни одного? — Молодой парень открыл рот, но, опомнившись, немедленно закрыл его. — Такое бывает?

— Редчайший случай в юридической практике. Я не проигрываю процессы. Не верите? Статистическая книжечка при мне. Показать?

— Да нет, я верю, верю…

— Я вас успокоил?

— Вполне.

— Тогда перейдем к делу. Сперва анкета. Назовите мне ваше настоящее имя.

— Я его не знаю.

— Совсем? — Мэльдор на миг поднял взгляд от чистого листа. — Вас так и называли — Белокурая Бестия?

— Ага. То так, то на древне-каомском.

— Маэлло-Айн? Вы знаете древне-каомский?

— Я? Нет. Один наш гроссмейстер знал, именно он так меня и называл. Вы, оказывается, разбираетесь в этом языке. Причем здорово разбираетесь.

— Да. — Мэльдор погрустнел. Что-то чиркнул на листочке.

— Что-то не так?

— Да нет. Просто так звали моего сына. Который погиб.

— Маэлло-Айн?

— Мэлокайн. Современная транскрипция. Современного каомского не существует, а транскрипция есть. Ну, пожалуй, оставим в покое мое прошлое. Расскажите-ка мне о себе. Как вы попали в Орден Серых Братьев?

— Не помню.

— Так… Кстати, почему Орден назывался «Серым», вы не знаете?

— Ну… — Белокурая Бестия наморщил лоб. — Во главе его стояли пятеро гроссмейстеров, которые провозгласили себя серыми магами. Кажется, они имели в виду, что обладают какой-то магией, которая не белая и не черная, а нечто среднее. Которая обладает достоинствами и той и другой магии и добавляет что-то свое.

— Но это же абсурд. Серой магии не существует.

— Я не знаю. Я не маг. Говорили.

— Понятно. Потому Орден так и назывался?

— Да. Туда сперва собирали всех, кто, по мнению гроссмейстеров, мог оказаться серым магом, изучали эту магию и еще что-то… Ну а потом началась борьба за власть. Всеми способами, включая терроризм. Меня же в терроризме обвиняют?

Мэльдор отмахнулся.

— Не надо заранее нервничать. Нельзя обвинять человека в том, в чем он не участвовал. Доказательств вашего участия в нападении на Технаро нет.

— Естественно. Меня там не было.

— А в других нападениях вы участвовали?

— Нет. Только отбивался от антитеррористических подразделений Асгердана. Немного за Орден и много за себя и своих людей.

— Да, я знаю. Этот момент из всех улик — самый уязвимый. Но не будем падать духом. Чисто по-человечески я вас прекрасно понимаю. Кстати, не волнуйтесь за своих людей. Сейчас их не будут искать. И если обвинитель не добудет каких-нибудь доказательств вины конкретных людей из той сотни, что была с вами, их вообще не станут искать.

— Ну и замечательно. — Впервые за все время пребывания в тюрьме Белокурая Бестия вздохнул с облегчением.

— Ты так волнуешься за свой бывший отряд?

— Конечно. Это же мои люди. Я за них отвечал, и мне не все равно, что с ними будет.

— М-да… — Мэльдор задумчиво чистил ручку о край листочка. — А я был бы рад, если бы хоть кто-нибудь из них попал в плен. Он мог бы дать показания в твою пользу.

— Нет уж. Лучше пусть без показаний.

— Ладно. Проведу свое собственное расследование. Хорошо. Что еще вы можете рассказать о деятельности Ордена? Напрягитесь и изложите мне все, что знаете или слышали. Я буду проверять.

Белокурая Бестия послушно принялся вспоминать.

Серый Орден был довольно обычным явлением для такого рода структур. Сперва людей сплотили пусть и эгоистические, но вполне понятные интересы, а потом все пошло иначе. Организация стала бороться за влияние, причем не самыми благородными методами, а теми, какие показались им проще. Орден продержался больше сотни лет лишь потому, что располагался довольно далеко от Центра и на него не сразу обратили внимание. Система миров, где Асгердан считался столичным миром, была очень велика, слишком велика для того, чтоб знать там каждый уголок. Никто вообще не знал, сколько же миров относится к системе. На многие из них не ступала нога центрита, но все они равно считались административно принадлежащими Центру. Но как только окраина начинала докучать, Асгердан наносил сокрушительный удар.