Он обнял ее сзади. Она не противилась. Более того, сделала вид, будто ничего не заметила — повернула ключ в замочной скважине и нажала на ручку.

В доме горел свет, но ни в одной из пяти комнат никого не оказалось. Он и сам не понимал, зачем обошел всю квартиру, заглянул даже в ванную и туалет, но сделал это, и на душе стало спокойнее. Реневера поставила чайник, вытащила из холодильника целую груду снеди и погасила всюду верхний свет, оставив только бра. Она что-то резала на доске, что-то готовила, но глаза ее были отсутствующими. Руин разглядывал необычную кухонную утварь, непохожую ни на что, виденное им прежде, но краем глаза он все время поглядывал на Реневеру и не мог отвести глаз. Потом не выдержал, подошел и обнял ее за плечи. Зарылся лицом в ее волосы.

Она положила нож и начала вынимать из прически шпильки. Прядь за прядью падала на плечи.

— Ты знаешь, я рассталась с мужем, — сказала она. — Развелась сразу, как только вернулась из Провала. Неделю назад решение суда о разводе вступило в силу. Он не хотел разводиться. Мне пришлось настоять.

— Почему ты развелась? — спросил он тихо, хотя на самом-то деле это ему было совсем неинтересно. Просто показалось, что она хочет услышать этот вопрос.

Молодая женщина повернулась к нему и положила руки ему на плечи.

— Потому что больше не хотела с ним жить. Он мягко поцеловал ее в лоб.

На плите выкипал чайник…

Когда Руин был в ванной, он услышал голоса — разговаривали Реневера и какой-то мужчина. Беседа показалась ему нервной, и он поспешил смыть с себя мыло, растереться полотенцем. Но когда он вышел из ванной, в квартире была только Реневера, она задумчиво изучала свое лицо в зеркале в коридоре. Молодая женщина была одета в шелковый халатик, замечательный тем, что, будучи непрозрачным, он четко и откровенно обрисовывал фигуру и был запахнут так небрежно, что виднелась глубокая ложбинка между двумя мягкими полушариями грудей. Убедившись, что опасности нет, принц замотал второе полотенце вокруг головы.

— Кто-то заходил? — Реневера кивнула. — Хм, и ты принимала гостя в таком виде?

— Это был мой сын.

— Он позволяет тебе так ходить?

— Я его не спрашиваю. — Женщина поправила прическу, закрепила ее еще несколькими шпильками.

— Он уже ушел?

— Да. Он пришел поговорить со мной о моем разводе. Разумеется, разговора не получилось.

Руин развел руками и шагнул обратно в ванную. В коридоре приходилось стоять на паркете, это было не так приятно, как ворсистый коврик ванной. Кроме того, там лежала его одежда и еще одно полотенце, которым теперь принц принялся вытираться насухо.

— Его можно понять. Наверное, он не в восторге оттого, что ты рассталась с его отцом.

— Дело, пожалуй, даже не в этом, — отозвалась Реневера. — Он же видел, как мы жили.

Мужчина насторожился и выглянул в коридор.

— Муж тебя бил? — осведомился он. Молодая женщина недоуменно обернулась.

— Конечно нет! Почему ты спрашиваешь… Ах… Руин, в нашем мире другие традиции и законы. В Асгердане подобное наказывается, причем довольно жестко.

— Чем же можно наказать мужа, который бьет жену?

— А как же… Штраф, даже тюрьма… Кроме того, жена с ним разведется и по суду получит компенсацию.

— Хороший закон. — Руин влез в брюки и вышел в коридор. — Твой сын недоволен тем, что ты, не успев развестись, начала встречаться с другим? Тогда почему не пришел познакомиться? Разобраться по-мужски?… Кстати, сколько ему лет?

— Не его дело, с кем я встречаюсь… Ему за пятьдесят. Впрочем, какое это имеет значение? Думаю, скоро он придет знакомиться. Если, конечно, ты не уйдешь от меня.

— Пока не собираюсь. — Застегнув рубашку, он подошел к ней. Обнял.

Руин жил у Реневеры уже целый месяц. Он почти освоился в Асгердане, научился пользоваться телефоном, кредитными карточками магнитными замками, даже компьютером, и теперь изнемогал только из-за того, что никак не мог вернуть себе магию. Почти весь месяц они с Реневерой вели самую настоящую семейную жизнь — женщина утром ходила в офис, вечером готовила ужин, а по воскресеньям они отправлялись то в кино, то в ресторан. Вот и на этот раз собирались повеселиться.

— Может, все-таки съездим в метрополию моего клана? — спросила Реневера.

— Как тебе угодно. Я и сам был бы непротив по смотреть на метрополию. Даже не представляю себе, что это такое.

— Тогда именно туда я тебя и повезу. Там можно будет поужинать. Повара в метрополии прекрасно готовят. Не хуже, чем в любом дорогом ресторане. — Она вдела в уши длинные серьги. — Руин, а ты хочешь познакомиться с моим сыном?

— Разумеется. И с его женой, если таковая есть.

— Жены нет. Есть ребенок. Сын.