Шрифт:
— Да чего такого я могу вам сказать? — спросил Стив, пытаясь разыграть полнейшее неведение. И за что ему такое несчастье?
Александер невесело улыбнулся и открыл портфель, держа его так, чтобы Стиву было видно содержимое.
— Послушайте, Стив… вы позволите называть вас Стивом? Прекрасно. Давайте обойдемся без околесицы — у вас это не очень-то хорошо получается, а я брал интервью у людей, поднаторевших по этой части, — с этими словами Александер достал большой конверт из плотной бумаги.
— Прошу прощения, — холодно ответил Стив, — но я как-то сомневаюсь, что могу сообщить вам что-либо интересное. Спокойной ночи. — Стив начал вставать. Надо избавиться от этого типа, и побыстрее.
— А как насчет этого? — Журналист положил на стол глянцевую фотографию размером восемь на десять дюймов.
Стив взглянул на снимок, где увидел себя лежащим на спине и горемку, пытающегося вцепиться ему в горло. И сел, не сводя глаз со снимка. И давно этот тип следит за ним?
— Ну? — поинтересовался Александер. — Что вы на это скажете?
«Убей его, — вскинулся Белеверн в рассудке. — Он знает слишком много!»
— По крайней мере с виду я не так напуган, как было на деле, — пробормотал Стив, не обращая внимания на колдуна. Проклятие! Этот тип взял его голыми руками.
— Могу вообразить, — хмыкнул Александер. — Если бы тварь, смахивающая на помесь иноходца и «Челюстей», попыталась мной закусить, мне бы потребовались новые брюки.
— И все-таки я не собираюсь вам ничего рассказывать, — отрезал Стив. — Кроме пары снимков, у вас ничего нет, а вашему бульварному листку все равно никто не поверит.
— На вашем месте, Стив, я бы хорошенько подумал. У меня отличное воображение, и на базе этих снимков я могу измыслить чертовски хорошую статью. И разумеется, позабочусь, чтобы ваши родители получили бесплатный экземпляр.
— Сукин сын, — выдохнул Стив.
— А еще, пока вам не начало казаться, что мне лучше исчезнуть, позвольте сообщить, что мой фотограф наблюдает за нашей беседой.
— Я таких вещей не делаю, мистер Александер.
«Зато я делаю, — встрял Белеверн. — Найди его напарника и убей обоих, дурачина!»
— Однако те, кого я преследую, не брезгуют ничем, — продолжал Стив. — И они отнюдь не обрадуются, если кто-нибудь об этом узнает. Кроме того, угрызения совести им неведомы.
— Ну, это уж мое дело, не так ли?
Стив снова поглядел на фотографию. Должен же быть хоть какой-то выход! Но отыскать его Стив не мог, хоть убей.
«Тогда тяни время», — предложил Белеверн. На сей раз колдун в виде исключения подал хорошую мысль.
— Хорошо, мистер Александер. Я дам вам интервью. «Что?! Уилкинсон, ты что, выжил из ума?!»
— Отлично. Надо подыскать комнату, где мы сможем побеседовать в более конфиденциальной обстановке и…
— Нет, — оборвал Стив.
— Нет?
— Нет. У меня нет времени рассиживаться, отвечая на ваши вопросы. Отсюда я еду в Литл-Рок, а оттуда в Даллас. Свои вопросы вы сможете задать по пути, а ваш приятель-фотограф может ехать следом. Или так, или никак.
«Блестяще, — одобрил Белеверн. — Мы сможем убить их в дороге».
«Заткнись!»
Александер ненадолго задумался, очевидно, гадая, можно ли Стиву доверять. Но в конце концов репортер в нем победил.
— Ладно. Позвольте мне известить напарника.
— Валяйте.
Стив проводил взглядом Александера, подошедшего к бежевому двухдверному седану «шевроле». Да, поездка в Литл-Рок намечается не из коротких.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Ну и дела… — проронил Александер. Стив говорил всю дорогу от Мемфиса до Литл-Рока, а сегодня с утра — от Литл-Рока до Далласа, дивясь, как полегчало на душе оттого, что наконец можно поделиться хоть с кем-то. Тем более что слушатель не из тех, кто придет к скоропалительному выводу о том, что у Стива просто поехала крыша.
Он поведал репортеру обо всем — об исследованиях физиологии сна, с которых все и началось, о прибытии в новый свет, о своем постепенном примирении с мыслью, что все происходит на самом деле, и, наконец, о своем возвращении на Землю — не утаив ничего.
— А потом вы увидели мою статью об этом колдуне? — спросил Александер.
— Ага. Мы с приятелем зашли в продуктовый магазин. Там-то я и увидел журнал с фотографией Белеверна во всю обложку. Я прямо глазам не поверил.
— И начали пытаться выследить его?