Молния ударила в остатки оборудования, и газовоздушная смесь превратилась в огромный огненный сгусток. Ударная волна обдала зрителей обжигающим ветром и сбила их с ног. Мастер ощутил, как гигантская мягкая лапа подкинула его в воздух и швырнула обратно на землю.

Огненное облако поднялось в небо и исчезло, напоследок разорвав в клочья ровный паровой столб. Облачка, поднимаясь к туче, превращали воздух в пыль и таяли, а достигшие тучи смешивались с каплями воды, чтобы чуть позже обрушиться ливневым потоком на землю.

– Больно все-таки… - мастер приподнялся и встал на ноги. Ушибленное колено болело, но главное, кости остались целыми. Даже нос не разбился.

Из исчезающего трубопровода вырывался в небо длинный огненный столб.

– Вот ведь день выдался!
– устало пробормотал мастер.
– Хуже не бывает…

Он поспешил в соседний цех звонить газовщикам, а на посветлевший от времени асфальт упала первая капля дождя.

На месте ее падения осталась красная клякса.

"А здесь удобные скамейки, - думал профессор, садясь лицом к окну, - и почему я никогда не обращал на них внимания?"

Глаза чесались, словно песок в них все еще остался, но профессор знал: песчинки процарапали внутреннюю сторону век, и простым промыванием глаз от неприятных ощущений не избавиться.

"В следующий раз, - сердито подумал он, - когда я попаду в пылевую бурю, закрою не только рот и нос, но и глаза. И побегу в укрытие, полагаясь исключительно на память!.. Хотя нет… глаза придется держать приоткрытыми, иначе врежусь в стену, и всё - туши свет. Полагаться на память после этого будет сложно: отшибет при ударе - в моем возрасте никакие лекарства не помогут. И "клин клином" не спасет: дополнительные удары по голове редко приводят к положительному результату, если только бьющий не планировал избавить пострадавшего от остатков мозгов".

Профессор провел ладонью по лбу, вытер капельки пота и вслушался в многоголосый хор. Несмотря на обилие народа, все обсуждали одну-единственную тему: что происходит на улице, и почему универмаг остался целым, а остальные дома превратились в песок?

Стоявшие рядом взволнованно выпытывали друг у друга ответы на данные вопросы, видимо, считая собеседников вполне осведомленными насчет причин происходящего, а самых перепуганных покупателей охрана магазина давно уже отвела в подсобное помещение и щедро поила их успокоительным. У профессора тоже спросили, но он пожал плечами и не ответил.

"Можете считать меня трусливым, - подумал он, - но рассказывать правду я не намерен. Толпа всегда ищет крайнего, и расскажи ей что к чему - отнесется ко мне с большим рвением… хм-хм… разорвет на части. Я лучше промолчу".

Богатая парочка подальше решила, что неприятности созданы специально ради нее и гневно требовала у охранников прекратить шуточки и отменить съемки скрытой камерой для популярного нынче теле-шоу "Розыгрыш".

– Мы - занятые и серьезные люди, - угрожающе говорили они.
– И не потерпим над собой издевательств! Мы на вашу телекомпанию в суд подадим!

Охранник, казалось, их даже не слушал. Он стоял и смотрел на то место, где двадцать минут назад находился его дом. Сейчас на месте старенькой, но уютной пятиэтажки располагался бархан, над которым возвышались остатки стен. Они не могли долго выдерживать вес шифера, и рушились то здесь, то там. Шифер трескался и ломался, и барханы покрывались серыми осколками.

Посмотрев на парочку пустым взглядом, охранник вышел из магазина и направился к бархану. Парочка запнулась и растерянно переглянулась.

– Когда это шоу закончится, и нам вручат цветы, - сердито сказал он ей (в голосе проскочили истерические нотки) - я исхлестаю ими съемочную группу!

Профессор прислонил голову к окну и с тоской посмотрел на тающий город. Микрорайоны рассыпались один за другим, город на глазах превращался в новую пустыню.

"А катализатор оказался мощнее, чем мы предполагали, - вздохнул он.
– Может, мне еще не поздно податься в отшельники? Найду пещеру потеплее и стану в ней жить, замаливая грехи до конца жизни? Или займусь поисками ингибитора, если позволят обстоятельства".

Профессор моргнул, когда далеко в южной части города к небу взмыла огромная огненная сфера. Пламя поднялось над землей и исчезло, словно его и не было, а профессор застыл, гадая - взрыв ему привиделся, или там на самом деле что-то произошло?

Кажется, произошло: толпа притихла на миг и взорвалась восклицаниями, а донесшийся до магазина грохот взрыва и дрожание земли подтвердили его опасения.

Окна задрожали. То, к которому профессор прижался, завибрировало и несколько раз ощутимо ударило его по лбу. Профессор отодвинулся - окно сделано из небьющегося пластика и не разобьется, но шишки очень даже может наставить.