— Даже и не думайте! — взвизгнул лорд Ржав.

— Вот именно! — поддержал Ваймс. — Чтобы нас положили на обе лопатки? И весь мир узнал об этом?

Он посмотрел на принца — взгляд последнего перепрыгивал с одного человека на другого, а временами замирал, точно фокусируясь на некоем внутреннем видении, незримом для постороннего глаза.

— Четверти миллиона недостаточно, — вдруг произнес Кадрам.

Лорд Витинари пожал плечами.

— Это можно обсудить.

— У меня большой список трат.

— О да, столько всего еще нужно купить. Желательно железного и как можно более острого, — усмехнулся лорд Витинари. — Но когда речь заходит не столько о деньгах, сколько о товарах, наш подход характеризуется… гибкостью…

«Так, теперь мы еще и снабдим его оружием», — подумал Ваймс.

— Максимум через неделю тебя вышвырнут из города! — крикнул Ржав.

Ваймсу показалось, что генерал сдержанно улыбнулся. Анк-Морпорк без Витинари… под управлением людей вроде Ржава? Хорошенькая перспектива, ничего не скажешь.

— Однако акт капитуляции уже будет ратифицирован и формально засвидетельствован, — произнес Ашаль.

— Могу я предложить в качестве места для ратификации Анк-Морпорк? — спросил лорд Витинари.

— Нет. Это должна быть нейтральная территория, — тут же ответил генерал.

— Но разве между Анк-Морпорком и Клатчем есть подобное место? — спросил Витинари.

— Теперь, пожалуй что, есть… — задумчиво протянул генерал. — Это Лешп.

— Замечательная идея, — поддержал патриций. — И как только она не пришла мне в голову!

— Но Лешп принадлежит нам! — резко произнес принц.

— БУДЕТ принадлежать, государь. Будет, — успокаивающим тоном произнес генерал. — Мы примем его в собственность. В совершенно законную собственность. А мир тем временем будет смотреть. Как водится, затаив дыхание.

— И на этом все? А как же арест? — возмутился Ваймс. — Я не намерен…

— Есть государственные дела, — ответил Витинари. — А есть… дипломатические соображения. Что значит жизнь одного человека, когда на чаше весов лежит судьба мирового сообщества?

И опять Ваймсу почудилось, будто он слышит совсем не те слова, которые произносятся вслух.

— Я не…

— Тут решаются куда более масштабные вопросы.

— Но…

— Однако ты свою работу выполнил безукоризненно.

— Это вы к тому, что есть большие преступления, а есть маленькие? — спросил Ваймс.

— Почему бы тебе не отдохнуть немного, а, сэр Сэмюель? Ты это более чем заслужил. Ты, — Витинари улыбнулся одной из своих молниеносных улыбок, — человек действия. И уютно себя чувствуешь в мире мечей, погонь и фактов. Сейчас же, увы, настало время людей, чье главное оружие — слово и чей мир — мир обещаний, вечного недоверия и ненадежных суждений. Для тебя же война окончена. Грейся на солнышке. Думаю, все мы скоро вернемся домой. А тебя, лорд Ржав, я попрошу остаться…

Ваймс понял, что его просто-напросто отложили в сторону, как ненужный прибор. Он выполнил команду «кругом» и покинул шатер.

Вслед за ним вышел Ахмед.

— Это твой хозяин?

— Нет! Это всего лишь человек, который платит мне жалованье!

— Да, иной раз разницу и не увидишь, — сочувственно покачал головой Ахмед.

Ваймс рухнул на песок. Он и сам не знал, какие силы поддерживали его все это время в вертикальном положении. Теперь впереди замаячило призрачное будущее. Правда, он не имеет ни малейшего представления, что это за будущее, но главное, оно есть. А пять минут назад его не было. Очень хотелось с кем-нибудь поговорить. Это отвлечет от мыслей о скорбном списке Бес-органайзера. В своем перечислении тот был так… скрупулезен.

— А что будет с тобой? — спросил он, прогоняя из головы неприятные мысли. — Ну, когда все закончится? Твой-то босс вряд ли тебя похвалит за твое поведение.

— О, меня может поглотить пустыня.

— Он пошлет людей в погоню. С него станется.

— В таком случае пустыня поглотит и их тоже.

— Не пережевывая?

— Представь себе.

— Но это ведь неправильно! — выкрикнул Ваймс, обращаясь к небу в целом. — Знаешь что? Порой мне СНИТСЯ, будто бы мы боремся с крупными преступлениями, будто существует закон для стран, а не только для людей, и таким типам, как он…

Ахмед рывком поднял его на ноги и похлопал по плечу.

— Я тебя понимаю. Я тоже вижу сны.

— Правда?

— Да. Обычно о рыбе.

Толпа вдруг дружно заревела.

— Судя по звуку, кто-то очень убедительно использовал запрещенный прием, — усмехнулся Ваймс.

Спотыкаясь и оскальзываясь, оба вскарабкались на дюну.

Из кучи малы вырвалась фигура и, награждая встречных пинками, устремилась к воротам клатчцев.

— Это не твой ли дворецкий? — спросил Ахмед.

— Он самый.