— Госпожа Сибилла дала инструкцию, очень подробную, сэр. Касательно вашего обязательного присутствия здесь, — глядя прямо перед собой, откликнулся капрал Шноббс.

— Подробную инструкцию?

— Так точно, сэр. Она специально подошла ко мне, чтобы поговорить об этом. Дала мне доллар, — сообщил Шнобби.

— А, сэр Сэмюель! — загромыхало сзади. — Ты ведь еще не знаком с принцем Куфурой?

Ваймс повернулся. На него, таща за собой, как на буксире, двух смуглолицых господ, надвигался аркканцлер Незримого Университета Наверн Чудакулли. Ваймс поспешил натянуть официальное выражение лица.

— Командор Ваймс, господа. Сэм… Впрочем, я делаю все наоборот, совсем запутался в этом протоколе. И не мудрено, голова кругом идет: казначей опять закрылся в сейфе, ума не приложу, как он умудряется это проделывать, с внутренней стороны даже скважины нет…

Продолжая бормотать себе под нос, Чудакулли ринулся прочь.

Первый из чужеземцев протянул Ваймсу руку.

— Принц Куфура, — представился он. — Мой ковер приземлился лишь пару часов назад.

— Ковер? Какой… О! Ну да… вы прилетели…

— Согласен, это не самый комфортабельный способ путешествовать: сквозняки, да и не поешь нормально. А как вы поживаете, сэр Сэмюель? Вам удалось поймать преступника?

— Что? Какого преступника?

— Помнится, мне сообщил наш посол, ну да, конечно, именно он… Вы ведь вынуждены были покинуть последний прием из-за некой срочной работы?..

Принц был человеком высокого роста и в прошлом, вероятно, спортивного телосложения, которое в результате обильных трапез безвозвратно кануло в это самое прошлое. И он носил бороду. Как все клатчцы. Но у данного клатчца были еще и умные глаза. Это вызывало тревогу. Как будто этими глазами смотрел на тебя не один человек, а целых три — или даже больше.

— Что? Ах да. Ну конечно. Всех преступников мы поймали, — ответил Ваймс.

— Отлично. Вижу, вам было оказано сопротивление.

Ваймс удивленно нахмурился. Принц задумчиво постучал по подбородку. Рука Ваймса дернулась вверх и дотронулась до пластыря на подбородке.

— А-а… э-э… да…

— Но командор Ваймс ВСЕГДА побеждает, — улыбнулся принц.

— Ну, я не стал бы утверждать, что я…

— Терьер Витинари — так, я слышал, вас зовут, — продолжал принц. — Всегда готов пуститься в погоню и не успокоится, пока добыча не будет поймана.

Ваймс посмотрел принцу прямо в глаза. Тот ответил спокойным, понимающим взглядом.

— В конечном итоге все мы чьи-нибудь псы, — слабым голосом откликнулся Ваймс.

— Кстати, командор, очень удачно, что я вас встретил…

— В самом деле?

— Я как раз размышлял над значением словосочетания, которое мне выкрикнули из толпы по пути сюда. Может, вы будете столь любезны и разъясните его мне?

— Э-э… если я…

— Это было, как мне кажется, что-то вроде… ну да, конечно… ПОЛОТЕНИЧЬЯ БАШКА.

Принц пристально смотрел на Ваймса.

Ваймс почти физически ощущал, как мечутся у него в голове мысли и как они приходят к совершенно самостоятельному решению. «Объясним ему позже, — сказали мысли. — Сейчас ты слишком устал для объяснений. Хотя, имея дело с этим человеком, лучше говорить правду…»

— Это… имеет отношение к вашему головному убору, — пробормотал Ваймс.

— О! Что-то вроде шутки?

«Ну конечно он знает, — подумал Ваймс. — И знает, что я знаю…»

— Нет. Это оскорбление, — в конце концов ответил он.

— В самом деле? Что ж, командор, ничего страшного, мы же не можем нести ответственность за то, что кричат всякие идиоты. — Принц сверкнул белозубой улыбкой. — Да, и еще… Должен выразить вам свое восхищение.

— Прошу прощения, не понял?

— Широтой ваших познаний. За сегодняшнее утро я задал этот вопрос не меньше чем дюжине человек. И что бы вы думали? Ни один не знал, что это означает. И ВСЕ удивительным образом оказались подвержены приступам кашля.

Наступила дипломатическая пауза, нарушенная лишь чьим-то сдавленным смешком.

Взгляд Ваймса скользнул на второго клатчца, до сих пор ему не представленного. Тот был ниже и куда костлявее принца. И такого необычного лица Ваймсу не доводилось видеть ни разу в жизни. Нос, похожий на клюв орла и являвший себя из-под черного головного убора, опутывала сетка шрамов. Борода и усы также имелись, но шрамы существенно повлияли на характер роста волос, пучки которых торчали под самыми разными углами. В целом человек выглядел так, как будто в него с разбегу врезался дикобраз. Лет ему могло быть сколько угодно. Некоторые шрамы выглядели свежими.