— Хочешь посмотреть, как я кручу волчок?

— Конечно, хочу, — Эмма протянула ему руку.

Вернувшись в церковь, Джослин пересекла зал и, подойдя к скамье, на которой всегда сидела во время мессы, неторопливо опустилась на нее.

Тем временем Иво закрыл дверь и, пройдя мимо нее, остановился возле алтаря.

— Слушаю вас, святой отец, — начала женщина, предполагая, что он заговорит о визите Лайма в ее спальню.

Некоторое время Иво молчал, потом повернулся и вперил в нее суровый взгляд.

— Вы пренебрегли моим предупреждением.

— Вашим предупреждением?

— Будет вам, леди Джослин, притворяться, что вы не понимаете, о чем я говорю. Позвольте напомнить вам о разговоре, состоявшемся между вами и Уильямом в лесу с неделю тому назад.

Итак, он знал больше, чем она предполагала, но молчал на протяжении всех этих дней. В глубине души Джослин надеялась, что его молчание означает неведение, но сейчас убедилась, что глубоко заблуждалась. Судя по всему, священник просто дожидался удобного момента, чтобы бросить ей обвинение в лицо.

— Впрочем, я не уверен, разговаривали ли вы вообще, — понимающе заметил он.

— Разумеется, мы разговаривали, — с негодованием заявила молодая вдова.

Однако священник, судя по всему, ничуть не смутился. Шагнув вперед, он тихо добавил:

— Возможно, сначала вы действительно разговаривали. А затем согрешили, не так ли, Джослин Фок?

Она понимала, что Иво не мог знать наверняка о том, что произошло между ними, а только предполагал, но его предположение оказалось верным. Они с Лаймом действительно чуть не стали близки, но все-таки не стали. Гордо вскинув голову, Джослин уверенным тоном произнесла:

— Можете думать все, что вам заблагорассудится, отец Иво. А теперь мне пора идти. Хорошего вам дня.

Поднявшись со скамьи, женщина направилась к двери.

— Я хорошо понимаю вас, леди Джослин, — бросил ей вслед священник. — Но если вы собираетесь и впредь вести себя подобным образом, мне придется обратиться к епископу.

Джослин, словно натолкнувшись на невидимое препятствие, резко остановилась.

— Вы мне угрожаете?

— Нет, не угрожаю, — скрестив перед собой руки, ответил священник. — Я лишь предупреждаю вас о том, что намерен сделать в случае, если вы не прекратите отношения с Уильямом.

— Значит, вы отправитесь к епископу?

— Да.

— И что вы ему скажите?

Иво улыбнулся так, словно только что выиграл сражение.

— Я расскажу ему о том, что происходит между вами и братом вашего покойного мужа.

— Но вы же не знаете, что между нами происходит, — возразила женщина, чувствуя, что ее неприязнь к священнику усиливается с каждой секундой. — Вам просто хочется в это верить.

Святой отец сдвинул брови.

— Я уверен в том, что вы вступили в преступную связь с Уильямом. И вы, очевидно, забыли, что он теперь ваш брат. Вы совершили грех, за который должны быть наказаны по церковным законам.

Какого же наказания он станет требовать для нее? Порки? Или унижения у позорного столба? Или, что хуже всего, Иво попросит епископа отправить ее в далекое путешествие с паломниками, разлучив с Оливером?

Не желая поддаваться страху, начавшему ледяными пальцами сжимать ее сердце, Джослин тряхнула головой.

— Нет, отец Иво, вы ошибаетесь. Я не согрешила с Лаймом Фоком. Но если вы решитесь сказать подобную глупость епископу, то я… — она знала, что только одно могло удержать священника от попытки навредить ей, — … я тоже добьюсь встречи с епископом, чтобы посоветоваться и узнать, насколько свят один из его служителей.

Иво удивленно прищурился.

— Не понимаю, на что вы намекаете, леди Джослин.

— О, прекрасно понимаете, отец Иво. Я говорю о нападении разбойников.

На долю секунды женщине показалось, что во взгляде священника промелькнуло выражение страха, но в следующее мгновение его глаза стали непроницаемыми.

— Неужели вы имеете в виду то, что во время схватки я пустил в ход меч? — язвительно уточнил он.

Джослин не сочла нужным ответить, предоставив святому отцу возможность самому догадаться, что именно она имела ввиду: кровь, пролитую его мечом, или ответственность за нападение.

— Иногда обстоятельства вынуждают нас принимать крайние меры, — задумчиво сказал Иво, явно желая услышать объяснения.

— Как, например, сейчас, — согласилась Джослин. — Наконец-то мы поняли друг друга. Желаю вам хорошего дня. — Повернувшись, она снова зашагала к двери, ожидая, что он вот-вот окликнет ее и снова начнет угрожать. Однако Иво промолчал, позволив ей уйти беспрепятственно.

Джослин вернулась в свою комнату, но, только переступив порог и закрыв за собой дверь, она перевела дыхание. Женщина не знала, следовало ли воспринимать угрозы Иво всерьез, но не сомневалась, что сегодня приобрела коварного и беспощадного врага.