Мы услышали шаги по цементной лестнице раньше, чем дверь с треском отворилась. Через мгновение убежище было освещено, и мы увидели двух полисменов. Я схватила Джимми за руку.

– Вот видите, – услышала я голос Клэр Сю за их спиной, я говорила вам, что не лгу.

– Пошли, парень, – один из полисменов обратился к Джимми. Он медленно встал.

– Я не вернусь туда, – дерзко сказал он. Полисмен двинулся к нему. Когда он приблизился, чтобы схватить его, Джимми нырнул и отскочил в сторону.

– Джимми! – закричала я.

Другой полисмен сделал быстрое движение и обхватил его за талию, оторвав от пола. Джимми попытался вырваться, но вдвоем полисмены быстро усмирили его.

– Отпустите его! – кричала я.

– Ты должен вести спокойно, иначе я надену на тебя наручники, парень, – пригрозил полисмен, удерживая его сзади. – Так как?

– Ладно, ладно, – согласился Джимми, его лицо было красным от растерянности и ярости. – Поехали.

Полисмен ослабил хватку и поставил Джимми на ноги. Он склонил голову в знак поражения.

– Пошли, – приказал другой полисмен.

Я повернулась к Клэр Сю, стоявшей в дверях.

– Как могла ты это сделать? – закричала я. – Ты, эгоистичная… – Она отступила назад, чтобы полисмены и Джимми могли пройти. Когда Джимми достиг двери, он обернулся ко мне.

– Я вернусь, Дон, обещаю. Наступит день, и я вернусь.

– Шевелись, – скомандовал полисмен, подталкивая его. Джимми едва не вылетел за дверь.

Я побежала за ними.

– Джимми! – кричала я. Я побежала по ступеням и остановилась.

Мой отец стоял рядом с бабушкой и Клэр Сю.

– Отправляйся в свою комнату, Евгения, – приказала бабушка. – Это ужасно неприлично.

– Иди, – сказал отец немного мягче, но лицо его потемнело от неодобрения. – Иди в свою комнату.

Я смотрела вслед Джимми и полисменам. Они уже были почти возле фронтона здания.

– Пожалуйста, – просила я, – не позволяйте им вернуть его обратно. У него была ужасная жизнь в другой семьей. Пожалуйста…

– Это не наша проблема, – сказала бабушка.

– Мы ничего не можем сделать, – подтвердил отец, – и это против закона – укрывать беглеца.

– Он не беглец, нет. – Я покачала головой. – Пожалуйста… – Я повернулась в сторону Джимми, но он уже скрылся из вида. – Джимми! – звала я и пошла за ним.

– Евгения! – вскричал мой отец. – Вернись сюда. Я побежала, но в тот момент, когда я достигла фронтона отеля, полисмен усаживал Джимми в кузов патрульной машины и захлопывал дверцу. Я остановилась, глядя на них. Джимми выглянул в окошко.

– Я вернусь! – выкрикнул он.

На крыше патрульной машины вспыхнула мигалка и они тронулись с места.

– Джимми!

Я почувствовала, как рука моего отца опустилась на мое плечо, удерживая меня.

– Очень неприятно, – откуда-то из-за спины произнесла бабушка, – что мои гости могут видеть это.

– Тебе лучше пойти к себе, – посоветовал мне отец.

Мое тело сотрясалось от слез, когда полицейский автомобиль уносил Джимми в ночь.

Когда огни патрульной полицейской машины исчезли вдали, я почувствовала, как пальцы моего отца мягко сжали мое плечо. Бабушка вышла вперед, чтобы взглянуть мне в лицо. Ее тонкие губы были поджаты, глаза расширены и блестели яростью. Под фонарями и яркими огнями на портике, ее кожа казалась мертвенно бледной. С поднятыми плечами и втянутой головой она напоминала коршуна, готового кинуться на мышь, и тотчас я почувствовала себя существом, попавшим в капкан.

– Как могла ты сделать подобную вещь? – прошипела она. Потом резко повернулась к моему отцу: – Я говорила тебе, она не лучше дикого животного, подобранного на улице. Она готова привести их всех сюда, если мы немедленно не воспрепятствуем этому. Ее надо отправить в какую-нибудь частную школу, которая специализируется на личностях такого сорта.

– Я не дикое животное! – закричала я. – Это вы дикое животное!

– Евгения! – выпалил отец. Я вывернулась из его рук.

– Я не Евгения! Не Евгения! Я Дон! Дон! – повторяла я, колотя себя по бокам кулачками.

Я подняла глаза и увидела гостей, собравшихся перед входом и выглядывающих с веранды, некоторые пожилые женщины и мужчины качали головами. Неожиданно появился Филип и смущенно взглянул на нас.

– Что происходит? – закричал он. Он повернулся к Клэр Сю, которая отошла в сторонку и смотрела на все, очень довольная собой. Она удовлетворенно улыбнулась ему.