– О, нет! – вскричала я. Они бросили мою одежду в туалет.

Здесь было мое красивое платье, мое белье. Трусики, лифчик и носки плавали вперемежку с обрывками туалетной бумаги. И вода имела определенный цвет – кто-то сюда еще и помочился!

Я прислонилась к стене кабинки и заплакала. Что же мне делать?

– Кто это тут еще остался? – услышала я голос миссис Аллен.

– Это я, – всхлипнула я. Она вошла в ванную.

– Что вы здесь…

Я указала ей на туалет, и она заглянула в кабинку.

– Ох, нет… Кто это сделал?

– Я не знаю, миссис Аллен.

– И у меня нет никаких предположений, – твердо сказала она.

– Что же мне делать?

Она подумала и тряхнула головой.

– Достань их оттуда, мы положим их вместе с полотенцами в стиральную машину и сушилку. А пока ты должна будешь надеть свою гимнастическую форму.

– В классы?

– Ничего другого вам не остается, Дон. Я очень сожалею.

– Но… все будут смеяться надо мной.

– Вы выдержите это. А так вы пропустите несколько уроков, пока все это выстирается и высохнет. Я пойду к миссис Торнбелл и объясню, что произошло.

Я кивнула и, понурив голову, признавая тем свое поражение, побрела обратно к своему шкафчику, чтобы снова одеть спортивную форму.

В этот день я обнаружила, что большинство моих учителей проявляли доброту и сочувствие, когда слышали о том, что произошло, но ученики считали это очень забавным, они улыбались и смеялись надо мной. Всегда тяжело быть новичком в новой школе. Но здесь я стала посмешищем и даже до того, как получила возможность узнать кого-то.

Когда Джимми увидел меня в холле, и я рассказала ему, что произошло, он взорвался.

– А что я говорил тебе об этом заведении? – сказал он достаточно громко, чтобы большинство окружавших нас в холле учеников могли услышать. – Если бы только я узнал, кто это сделал, я бы ей показал.

– Ладно, Джимми, – сказала я, пытаясь успокоить его. – Все будет в порядке. После следующего урока моя одежда будет выстирана и высушена.

Я не упомянула, что вся моя одежда будет помята. Я не хотела, чтобы он разозлился еще больше.

Прозвенел предупредительный звонок к следующему уроку.

Джимми так свирепо взглянул на учеников, глазевших на нас, что большинство из них поспешило отвернуться и направиться в классы.

– Со мной будет все в порядке, Джимми, – снова повторила я.

– Мне все же хотелось бы узнать, кто это сделал, – крикнул он мне в догонку, – просто для того, чтобы свернуть ей шею! – Это прозвучало громко для всех, кто еще находился в коридоре.

Как только я вошла в класс математики, учитель вызвал меня к своему столу.

– Вы Дон Лонгчэмп, я полагаю, – сказал он.

– Да, сэр, – я смотрела в класс, и, конечно, все ученики, улыбаясь, смотрели на меня.

– Что ж, мы познакомимся с вами позже. Вас немедленно хочет видеть миссис Торнбелл.

– Эта девочка Лонгчэмп уже здесь, – объявила секретарь миссис Торнбелл, как только я вошла в приемную. Я слышала, как миссис Торнбелл сказала: «Пришлите ее сюда». Секретарь отступила в сторону, и я вошла.

Взгляд миссис Торнбелл был ледяным, когда она сказала, чтобы я объяснила, что произошло.

Внутри у меня все дрожало и голос срывался, когда я рассказывала ей, как вышла из душевой и нашла всю мою одежду в туалете.

– С чего бы кто-нибудь стал так поступать с новой девочкой? – спросила она. Я не ответила. Я не хотела встревать в новые неприятности с другими девочками. Понимая, что именно это и произойдет, если я упомяну о курении.

Но она уже знала!

– Вы можете не объяснять. Миссис Аллен рассказала мне, как вы указали на Клэр Сю Катлер.

– Я не указывала на нее. Я увидела дым, исходящий из этого шкафчика и…

– А теперь слушайте меня. – Приказала миссис Торнбелл, перегнувшись через стол, ее лицо стало сначала розовым, а потом красным. – Другие ученики в этой школе были воспитаны в лучших домах и знают, как следует вести себя с другими людьми. Но это не означает, что я позволю вам и вашему брату приходить сюда и все подрывать. Вы поняли?

– Да, мэм, – хрипло сказала я, слезы душили меня.

Миссис Торнбелл смотрела на меня своими холодными глазами и качала головой.

– Заявиться в класс в гимнастической форме, – пробормотала она. – А теперь уходите отсюда, идите прямо в прачечную и ждите, пока ваша одежда будет выстирана и высушена.

– Да, мэм.

– Идите. Оденьтесь и возвращайтесь на занятия так быстро, как только можно, – скомандовала она и махнула рукой.

Вытирая слезы, я побежала по коридору и вниз по лестнице, в прачечную. Когда я снова одела свою одежду, она была так измята, будто я сидела на ней. Но я ничего не могла поделать.