На сцене — разорванное лучами прожекторов гулкое пространство. Где-то в глубине угадывается бархатно-черная стена выработки. Слева — внутренние створки тамбура. Справа, в полуметре от почвы, между цепочками огоньков, уходящими вверх, покачиваются две одноместные «люльки». Тихо. Слышно, как где-то падают капли.

Раздвигаются створки тамбура, — появляются АССИСТЕНТЫ, СПАРТАК, АЛЕКСАНДР.

АССИСТЕНТЫ /АЛЕКСАНДРУ/. Проходите пожалуйста! Будьте как дома! Вам здесь понравится!

СПАРТАК /тихо/. Угомонитесь, ребята. /Взяв под локоть, ведет АЛЕКСАНДРА на средину сцены, обводит пространство рукой./ Тут — истинный рай для палеонтолога! Пустоты образвались когда-то при сдвиге горных пород… Жаль только вот, без дыхательной маски долго здесь не протянешь.

АЛЕКСАНДР /показывает вверх в сторону правой кулисы/. А что за огни наверху? Какое-то длинное тело… Похоже на гусеницу…

СПАРТАК. «Мокрица» — наша висячая лаборатория.

АЛЕКСАНДР. Она вся сияет!

СПАРТАК. От влаги. Учти, там на мокром настиле легко поскользнуться и выпасть, — костей не собрать.

АЛЕКСАНДР /вздрагивает/. Нам нужно — туда!?

СПАРТАК. Что поделаешь…

АЛЕКСАНДР. А нельзя ли… где-нибудь здесь?

СПАРТАК. Я уже предлагал… перейти в канцелярию?

АЛЕКСАНДР. Опять шутите?

СПАРТАК. Уже не до шуток! У меня лежит раненый… Ты обязан исполнить свой долг! Все, что нужно для этого, — там наверху.

АЛЕКСАНДР. Что у вас — наверху?

СПАРТАК. Только штатные «палеокомплексы» те, что сами делают срезы, анализы, съемку и маркировку пластов…

АЛЕКСАНДР. Я в свое время участвовал в их разработке… А вот с «мокрицами», честно признаться, дел не имел! Почему…

СПАРТАК /раздраженно/. «Почему эти «коацерваты» не спросили тебя, где им лучше селиться?» АЛЕКСАНДР /показывает вверх/. Простите, а как мы туда попадем? Эта штука опустится вниз?

СПАРТАК. Нам пришлось бы тогда ждать неделю… Но ты не волнуйся, минут через пять мы уже будем там. /Приближается к люлькам, усаживается в одну из них, показывает на другую./ Ваше кресло, инспектор! /АССИСТЕНТАМ./ Помогите коллеге!

АССИСТЕНТЫ. С радостью! /АЛЕКСАНДРУ./ Будьте любезны, садитесь сюда. Осторожненько! /Пока АЛЕКСАНДР усаживается, АССИСТЕНТЫ придерживают люльку, застегивают предохранительный ремень./ Так… так… и так…Вот и все!

АЛЕКСАНДР. Благодарю.

АССИСТЕНТЫ. Это мы благодарны за честь! Были счастливы!

СПАРТАК /АССИСТЕНТАМ/. Все, все… Успокоились! /Посмеиваясь, обращается к АЛЕКСАНДРУ./ А чего это ты побледнели?

АЛЕКСАНДР /показывает в сторону тамбура/. Мы здесь балагурим, а там человек истекает…

СПАРТАК. Действительно, мне бы сейчас погонять твою милость, чтобы шустрей поворачивался! Только ведь… и тебя тоже — жаль.

АЛЕКСАНДР. Извините…

СПАРТАК. Ну что? Ты готов? Тогда — с богом! /Выработка исчезает во мраке. В световом пятне — АЛЕКСАНДР и СПАРТАК. Люльки подъемника устремились вверх, о чем свидетельствуют цепочки убегающих вниз огоньков. АЛЕКСАНДР корчится, едва сдерживая крик./ Как ты там, корифей?

АЛЕКСАНДР. Вам… все равно не понять…

СПАРТАК. Ну куда нам. /Смеется./ АЛЕКСАНДР. Мне плохо… Кожей чувствую пропасть…

СПАРТАК. Возьми себя в руки, инспектор!

АЛЕКСАНДР. Я невезучий…

СПАРТАК /хохочет/. Действительно, ты всегда был у нас «недотепою номер один»: то схлопочешь синяк, то набьешь себе шишку, то копчик сломаешь, то глотнешь кислоты… То головка — в бинтах. То — костыль! То — корсет! То — лубки! То — коляска! Мы со смеху дохли, когда вспоминали тебя! А потом ты удрал в теоретики… Но от судьбы не сбежишь! Она — вот она! Здесь! Тут, как тут!

АЛЕКСАНДР. Я был сама осторожность, продумывал каждый свой шаг… И чем больше продумывал, тем больней ушибался.

СПАРТАК. Еще ты у нас был любителем уединяться. Вечно тебя выволакивали из каких-то углов. Тогда как нормальные люди должны быть как на ладошке хрусталики — на виду, на свету, и в едином строю!

АЛЕКСАНДР. Одному лучше думается…

СПАРТАК. Уединившийся думать — всегда подозрителен: Бог его знает, что там втемяшится… И вообще, чего думать? Живем один раз! Жизнь — ИГРА!

АЛЕКСАНДР. Да, в забавах вы знаете толк.

СПАРТАК. Извини, но ИГРА — не «забава»! ИГРА — ритуал, возвышающий избранных над толпою непосвященных! Впрочем… тебе это не интересно… Внимание! Мы прибываем!

«Бегущие» огни замедляют «бег» и гаснут. Люльки исчезают во мраке, а над сценою появляется зарево.

ГОЛОС СПАРТАКА. Приехали! Становись на настил! Не цепляйся за штангу! Здесь узкая щель… Перешагивай. Вниз не гляди, а то грохнешься! /Хохочет./ Ну, корифей, знал, что ты не герой, но чтоб так вот трястись!? Руку… Руку давай! Я держу! Веселее! Вперед! Вот и все! Ну? Чего же ты встал? Шевелись!