Шрифт:
– На помощь! Скорей на помощь! – закричала она врачам, не успевшим еще покинуть ферму. – Там мама, ей плохо…
Санитары вбежали в спальню, таща носилки. Они осторожно, но быстро подняли миссис Маккейн с пола. Одри мычала, как будто никогда не умела членораздельно говорить.
Врач подошел к ней, заглянул в глаза, поднял сначала ее левую, потом правую руку, постучал молоточком по правой ноге.
– Точный диагноз будет поставлен позднее, но, судя по всему, это инсульт, – заключил он. – Миссис Маккейн не смогла пережить гибель мужа.
Маргарет поняла, что она единственная на этот момент, кто полностью отвечает за все: за похороны отца, лечение матери, за младших братьев и сестер, за большое хозяйство, наконец. Это потом подъедет старший брат и, может быть, будет немного легче. Но сейчас она глава семьи.
– Мы готовы оплатить всех самых лучших врачей, включая приглашение специалистов из Мельбурна, если потребуется, и, конечно, самый качественный уход за мамой, – твердо сказала Маргарет.
– Не беспокойся, девочка, в Хобарте один из лучших в Австралии кардиоцентров. Мы спасем твою мать! – ответил врач. Он всегда симпатизировал зеленоглазой красавице, но в эти минуты восхищался ее собранностью и мужеством.
Маргарет настояла, что будет сопровождать мать в Хобарт лично. Когда они подъехали к кардиоцентру, мать сразу увезли в реанимацию. Теперь от Маргарет ничего не зависело. Главным на данный момент были два фактора: правильные действия врачей и крепость организма самой миссис Маккейн.
Маргарет вернулась на ферму и отдала все распоряжения по организации похорон отца. Младшие братья и сестры жались к ней как беспомощные птенцы, и она особенно остро почувствовала, что на какое-то время должна заменить им мать.
Она вышла на веранду. Теперь здесь как-то особенно сиротливо смотрелись покрытые белыми скатертями столы, совсем не к месту невероятно нежно пахли цветы. Весна… Вечеринка с друзьями… Еще несколько часов назад это казалось совершенно естественным. Но сейчас все это было просто невозможно представить.
Маргарет стала убирать и складывать скатерти. А потом, собрав цветы в один букет, прижала их к груди и долго так стояла, беспомощно глядя вдаль. Какое горе внезапно пришло в дом Маккейнов! Хватит ли у нее сил справиться с ним? А что, если и мать тоже умрет? Нет, надо гнать эти ужасные мысли прочь. Ведь, как утверждают некоторые, они имеют способность материализовываться. Прочь! Мама выживет. Она обязательно выживет!
Маргарет вытерла слезы и вернулась в гостиную, где ее ждали притихшие братья и сестры.
– Все будет хорошо. Мама обязательно поправится. Вы мне верите?
Малыши дружно закивали.
Через несколько часов на ферме появился Кеннет, прилетевший из Мельбурна. Он был на три года старше Маргарет, и между ними всегда существовало скрытое соперничество. Видимо, Кеннет ревновал отца к сестре. Как старший из детей и потенциальный наследник, он считал, что отец все симпатии, опыт и навыки должен был передавать ему, а не Маргарет. Но теперь это уже не имело никакого значения. Кевина Маккейна не стало. Не скрывая слез, брат и сестра бросились в объятия друг друга.
Маргарет плохо помнила, как прошло отпевание отца в католической церкви Смиттона. Сердце ее было полно печали. Она продолжала винить себя в том, что не отговорила отца от поездки в горы, в том, что захотела полакомиться фаршированными куропатками. Простишь ли ты меня, папа? – безмолвно вопрошала она. Я же себя никогда не прощу!
8
На похороны Кевина Маккейна собралось очень много народу. Его любили в Смиттоне. После кладбища многие поехали на ферму Маккейнов, где было приготовлено необходимое по этому случаю угощение. Готовя сандвичи и закуски, Маргарет вроде бы немного успокоилась, но когда гости, сказавшие внезапно осиротевшим и чувствовавшим себя потерянными детям много добрых слов об их отце, разошлись, она опять впала в отчаяние.
– Что с тобой? – подошел к ней Кеннет. – За что ты себя казнишь?
И Маргарет рассказала ему о последней вечерней беседе с отцом.
– Это я, я во всем виновата! – зарыдала она. – Я не должна была его отпускать. Не должна!
Брат обнял ее.
– Ты ни в чем не виновата, Маргарет. Смерть отца нелепая случайность Он так любил тебя, любил гостей в нашем доме… Никто бы не смог отговорить его, если он задумал поохотиться. И никому никогда не придет в голову обвинить тебя в его гибели. Ты слышишь меня? – Кеннет стал гладить Маргарет по голове. – Отца уже не вернуть. Но надо сделать все, чтобы спасти мать. Завтра утром мы поедем в Хобарт.
Они подъехали к кардиоцентру, но все мешкали, никак не могли выйти из автомобиля – боялись услышать плохие новости. Но встреча с врачами принесла им надежду.
– Мы проявляем сдержанный оптимизм в отношении состояния миссис Маккейн. Кроме того, сейчас есть такие методики, благодаря которым мы через полгода можем вернуть ее к полноценной жизни. Но понадобятся хорошие сиделки, занятия физкультурой и многое другое.
– Мы готовы все это оплатить, – хором произнесли Маргарет и Кеннет.