Надо обязательно поговорить с Маргарет, подумал Ларс. После ее возвращения в Данию мы общались всего несколько дней – до и после Рождества. Потом я пропадал на службе, а она самостоятельно приехала на ферму и сразу погрузилась в хозяйственные дела. Смерть деда подкосила ее, ведь он умер прямо на ее глазах. Правда, с ней трудно беседовать, она сразу начинает рыдать. Но это и понятно – она так любила Улле, а гибель его была ужасной. А до этого – смерть ее отца, тяжелейшая болезнь матери… И все же нам предстоит серьезный разговор.

Еще раз поблагодарив Эдуардо, Ларс вернулся на ферму, поднялся на второй этаж и постучался в комнату Маргарет. Она сидела в кресле у окна и пустыми глазами смотрела вдаль.

– Маргарет, дорогая, как ты себя чувствуешь? – обнял ее Ларс.

– Паршиво, – прошептала она. – Эта страшная картина все время стоит у меня перед глазами. Могучий Ветер, не разбирая дороги, будто в него вселился дьявол, мчится меж деревьев; ветки колотят Улле по лицу, по спине, он пытается остановить коня и не может. И вот он уже сброшен на землю. Я подбегаю – а у него из виска течет струйка крови. Такая красная, такая тоненькая… Как я надеялась, что дед останется в живых! А он прохрипел что-то и затих. Совсем затих. Как это все пережить, Ларс?! – зарыдала она. – Я так любила деда.

– Мы все его любили, но…

Маргарет подняла на него удивленные глаза.

– Продолжай…

– Но кто-то и ненавидел его. И я тебе сейчас скажу страшную вещь. Но прошу ее держать при себе. Обещаешь?

– Клянусь!

– Так вот, я очень внимательно осмотрел Могучего Ветра. Его поведение и для меня стало подозрительным. Ведь я хорошо знал этого коня. Помнил Могучего Ветра еще жеребенком. Все вроде бы было в порядке, но… Короче говоря, когда я поднял седло, то обнаружил, что кожа под седлом надрезана в двух местах. Судя по всему, скальпелем. Тебе это ничего не говорит?

– Как же, конечно говорит. Я еще около моря заметила: когда дед садился на коня, чтобы показать мне новую дорогу в лесу, что Могучий Ветер немного заволновался, почувствовав на спине седока. А это значит, что потом, когда мы поскакали вперед, кожу Ветра стало саднить все сильнее и сильнее. Видимо, конь обезумел от боли и попытался сбросить Улле там, в долине. А когда это не удалось, помчался в лес. Какой кошмар! – воскликнула она, всплеснув руками. – Но кому понадобилось убить хозяина фермы? Ведь все его любили.

– Значит, не все, – жестко ответил Ларс. – А скажи мне, Маргарет, дед часто ездил на Могучем Ветре?

– Да нет, не часто. Обычно он брал Ночку – с белой звездочкой на лбу. Но накануне вечером он зашел ко мне, и я предложила утром покататься, если будет солнечная погода. Он с радостью согласился и сказал, что поедет на Могучем Ветре, заметив при этом, что конь застоялся в конюшне. Да, именно так он и сказал.

– Застоялся, говоришь. Значит… – Ларс почесал в затылке. – Это значит только одно: ваш разговор подслушали. И подслушал его тот самый человек, который решил убить деда. Потом, видимо, он пробрался в конюшню и изувечил Могучего Ветра. Да, это была подготовленная акция!

Маргарет выглядела ошеломленной.

– А ты кого-нибудь подозреваешь? – наконец еле слышно спросила она.

– Ну, в общем… Это мог быть убийца, который знал заранее о выборе деда… – Ларс замялся, – и ты, Маргарет.

Она отшатнулась от Ларса, как будто он ударил ее.

– Да как ты смеешь?! Я любила Улле. Он был для меня родным человеком. Да я никогда, слышишь, никогда… – Она зарыдала.

Ларс попытался обнять ее, как-то успокоить, но она гневно оттолкнула его.

Ларс тоже рассердился.

– Если это не ты, то тогда скажи – кто?! У тебя есть какие-нибудь предположения?

– Я не знаю. – Маргарет обреченно упала в кресло.

– Скажи мне, а это мог быть… О’Флаэрти?

Ее щеки зарделись.

– Что ты такое говоришь, Ларс? Твоя подозрительность переходит всякие границы. Во-первых, мистер О’Флаэрти слишком любит лошадей и никогда не нанесет им преднамеренной травмы. Во-вторых, он уважал деда, а Улле ценил его как отличного специалиста. В-третьих… Она на мгновение задумалась, – он же еще накануне уехал в Лондон. Кстати, ты видел его авиабилет?

– Да, видел, – проронил Ларс. – Но как ты его горячо защищаешь, Маргарет… Сколько темперамента, аргументов… Ты что, так хорошо его знаешь? – спросил Ларс. В голосе его звучала явная неприязнь.

– Не очень хорошо. Но я ему доверяю, – ответила она. И покраснела еще сильнее, вспомнив, как О’Флаэрти пытался соблазнить ее.

Ларс пристально посмотрел на нее.

– Хорошо, пусть будет так. Ирландца на ферме в тот момент не было, а если бы и был, то он просто не способен обидеть лошадь. Так?