Но это, судя по рассказу Ане Марии, было уже гораздо позже. Она и не думала уходить, она всё видела и даже слышала, как шкипер разговаривал сам с собой. Вдруг он начал что-то писать на листке, вырванном из записной книжки. Она подумала: верно, он пишет, что это я убила его! Потом с ним произошла перемена, больше он уже ничего не говорил, — но продолжал плакать так, что его даже трясло, наконец он разорвал листок и бросил в болото рядом с собой. Скору как будто смирился со своей участью.

Болото постепенно затягивало его плечи, и вскоре шкипер почти целиком погрузился в трясину. Ане Марию словно что-то толкнуло в грудь, она вскочила и побежала к усадьбам, она бежала и кричала, кричала...

Последнее, что Скору удалось сделать, — это зашвырнуть бумажник на сухое место. Никакой записки он не оставил. У него не было семьи, не было близких родственников, и потому он никому не написал слов прощания.

Норвегия не такая уж маленькая страна, она очень длинная.

Когда шкипер «Чайки» утонул в болоте на севере, газеты на юге откликнулись на эту смерть лишь короткими сообщениями, и, может, один-два читателя даже содрогнулись, прочитав о его смерти.

Поллен же, напротив, маленькое селение, маленькое и скученное. И если человек утонет там в болоте, люди будут долго помнить и говорить об этом, дети и взрослые будут бояться болота и обходить его стороной.

Да, Ане Мария позвала на помощь тех, кто ходил в церковь, не хватало, чтобы она этого не сделала, она бросилась к усадьбам самой короткой дорогой, бежала и звала на помощь, но, когда люди прибежали к болоту, было уже поздно, в бездонной топи плавала только зелёная кочка, слегка наклонившаяся набок. Люди не могли поверить в случившееся: как это шкипер Скору оказался так глуп, что полез в трясину, но в конце концов им пришлось поверить, ведь кто-то даже слышал крики о помощи, но не придал им значения. Да, шкипер погиб в болоте, но его бумажник и часы уцелели.

Августу и Эдеварту, которые находились на борту «Чайки», сообщили о несчастье; Август вызвался сберечь деньги и пересчитал их в присутствии свидетелей, он был самый подходящий человек для такого дела. Ане Мария искренне и без колебаний повторяла одно и то же, рассказывая о случившемся соседям, а потом и ленсману 14 : она сокрушается, что не успела вовремя позвать на помощь, но не понимает, о чём думал этот шкипер, почему он так долго молчал, почему начал звать на помощь, лишь когда его засосало по шею, ей потребовался час или два, чтобы собрать людей и привести их на место, за это время шкипер успел утонуть.

Страшное, непостижимое несчастье.

Август тут же отправился в соседний приход к двум друзьям шкипера Скору, чтобы посоветоваться с ними относительно судна и рыбы, а Эдеварт остался, чтобы закончить погрузку. Теперь укладчицы не капризничали, людей напугала страшная судьба шкипера, все проявляли участие и хотели помочь, даже Ане Мария соизволила сказать, что готова укладывать рыбу, если это потребуется.

Женщины на площадках тихонько судачили и ужасались: Я боюсь даже смотреть в сторону болота, подумать страшно, что ему пришлось пережить! — И не говори, как вспомню, мороз дерет по коже! Я не спала сегодня всю ночь, мне всё слышались его крики. — Ты правда слышала крики? Верно, это потому, что его душа не может обрести покой. — Почему же его душа не может обрести покой? Что вы хотите этим сказать? — спросила Ане Мария. Сама подумай. Он умер и лежит в болоте, никто не помог ему, даже «Отче наш» над ним не прочли, ни одного слова Божия, вот он и просит об этом. Ане Мария: Глупости, он и не кричит вовсе, вам так кажется от страха. — А тебе, выходит, не страшно? — Нет. Я могла бы даже пойти ночью на болото и переночевать там где-нибудь с краю. Женщины ей не поверили, но её слова их задели: Ещё бы, ты всегда была смелей всех!..

Когда с погрузкой закончили, Эдеварт в последний раз пришёл на скалы с выпивкой и крендельками. Всё было весьма торжественно, но никто не радовался и не веселился, люди говорили неохотно и тихо, они со страхом вспоминали погибшего в болоте шкипера — хороший был человек, во всех отношениях хороший. Мы лишний раз убедились, что жизнь может прерваться неожиданно.

Вернулся Август после совета со шкиперами. Он снова оказался незаменимым — находчивый, человек слова и дела, совсем не тот Август, которого они знали раньше. Тот всегда ходил в подчинённых, выполняя чужие приказы, а этот принял на себя руководство и назначил на следующий день расчёт с рабочими. Начнём в обычное время, решил он, а там, может, задует попутный ветер. Кто же поведёт шхуну? — спросил кто-то. А ты как думаешь? — вопросом на вопрос ответил Август.

Он рассчитался со всеми без обмана, тут уж никто ничего не мог сказать; те, кто работали на скалах и сами вели счёт отработанным дням, чертя мелом палочки на потолочной балке, ни в чём не могли упрекнуть Августа. Он принимал в каюте сразу по два человека, чтобы один мог засвидетельствовать, сколько получил другой, не иначе как научился этому, когда плавал матросом. И Каролуса и Эдеварта удивило, что, выплачивая людям деньги, Август справлялся с какими-то цифрами и значками в своей записной книжке, словно вёл свой, отдельный, счёт их рабочим дням. Книжку он каждый раз прятал в карман.

Когда расчёты были закончены, Август объявил, что сам поведёт «Чайку» в Берген. Никто, кроме него, не умеет пользоваться компасом и картой; шкиперы, вялившие рыбу в других селениях, не могут покинуть свои суда.

Люди не очень удивились, услышав эту новость. Август и раньше приводил их в изумление, они верили, что он на многое способен, но тут он превзошёл самого себя. Шкипер, можно сказать, капитан большого судна с полным грузом, вести судно по компасу и карте вдоль всей Норвегии, — видно, этот человек немало постиг за свою жизнь! Эдеварт должен был сопровождать Августа, однако для такой поездки Августу не хватало ещё одного человека. Он выбрал Теодора. Но у Теодора грыжа, и он носит бандаж, возразил Эдеварт. Я решил взять его, твёрдо сказал Август. Эдеварт напомнил, что Теодор больше всех насмехался над Августом и дразнил его, он скверный человек. Вот пусть теперь и поплатится за это, сказал Август.