– Не решай прямо сейчас, - продолжал он.
– Я просто хотел, чтобы ты знала об этом. Это увеличило бы твою способность защитить себя - чем больше ты знаешь, тем лучше сможешь управлять своей силой. Я сообщил тебе это еще и потому, что ты уже привлекла внимание очень сильных людей: Селены и других Вудбейнов ее шайки. Чем скорее ты сможешь защитить себя, тем лучше.

Я кивнула.

– Хотела бы я знать, где они, - сказала я.
– Я боюсь оглянуться: все жду появления Кэла или Селены.

– Иногда я чувствую то же самое. Даже не относительно них. Работая сиккером, я нажил достаточно врагов, которые были бы рады видеть меня мертвым - о которых, между прочим, я думал после отказа тормозов. Я был бы глуп, если бы не брал во внимание любую возможность, - он поерзал на сидение.
– На самом деле, я пытаюсь сказать, что с сегодняшнего дня мы должны быть еще осторожнее. Нам надо усилить охранные заклятия на твоей машине и твоем доме, на моей машине и доме, на машине Скай. Мы должны быть бдительными и благоразумными. Я не хочу, чтобы что-то случилось с… с любым из нас.

В течение нескольких минут мы сидели тихо, обдумывая произошедшее. Я волновалась, но присутствие Хантера заставляло меня чувствовать себя в безопасности. Осознание того, что он в Видоуз-Вэйле, позволяло мне чувствовать себя защищенной. Но как долго я буду это чувствовать? Как долго прежде чем он вынужден будет уехать?

– Я не знаю, сколько времени пробуду здесь, - сказал он, как будто читая мои мысли, что в который раз расстроило меня.
– Может быть, еще месяц, может, год или больше.

Я ненавидела саму мысль об его отъезде и не хотела выяснять почему. Потом его сильная рука убрала волосы с моей щеки, и я задержала дыхание. Мы были одни в машине, и когда он наклонился ближе, я почувствовать теплоту его дыхания. Я закрыла глаза и прислонила голову к спинке сидения.

– Пока я здесь, - сказал он мягко, - я буду помогать тебе и защищать любым возможным для меня способом. Но ты должна быть сильной и без меня. Обещай, что будешь стремиться к этому.

Я слегка кивнула, мои глаза все еще были закрыты. Потом я подумала: «Просто поцелуй, поцелуй меня».

И он поцеловал, его губы на моих были теплыми, и я подняла руку, чтобы обнять его за шею. Слабый образ Кэла пронесся в моем сознании и уплыл, а меня тянуло к Хантеру, мягкому нажатию его губ, его дыханию, теплоте его твердой груди, когда он придвинулся ближе. Глубоко внутри себя я почувствовала что-то, похожее на прикосновение перышка, подобно тонким крыльям, ласкающим мое сердце. Я знала без слов, без сомнения, что почувствовала душу Хантера, что наши души соприкоснулись. И я подумала: «О, красота Викки».

2 мая 1969

Моя кожа сморщилась, а волосы стали жесткими и непослушными от соли. Я отмокала в очищающей ванне с горстями морской соли два часа, окруженная кристаллами и шалфейными свечами. Я могу изгнать негативную энергию из моего тела, но, боюсь, что не могу стереть картины из своей памяти.

Прошлой ночью я увидела первого призрака. Когда я поняла это, то была потрясена. Каждый ребенок Кэтспоу конечно слышал о них. Мы рассказываем страшные истории о злых духах, похищающих души викканских детей, которые не слушают своих родителей и учителей. Я никогда не думала, что они на самом деле существуют. Я считала, что они всего лишь пережиток Средних веков вместе с ведьмами на метлах, черными кошками и бородавками на носу: ничего общего с нами сегодня, правда!

Но сегодня Торневал научили меня иному. Я так тщательно собиралась на церемонию, стремясь к красоте, силе и очарованию, которыми обладала здесь каждая женщина. Они пообещали мне что-то особенное, что-то, что я заслужила за месяцы тренировок и обучения. Что-то, через что я должна была пройти прежде, чем сумею стать полноправным членом Торневала.

Сейчас, возвращаясь назад, я испытываю стыд за то, какой наивной была. Я достигла больших успехов в закреплении своей красоты, силы и беспощадности лишь для того, чтобы, в конце концов, понять, что я была слабой, невежественной и недостойной предложения Торневала.

Случившееся не было моей виной. Я была лишь свидетелем. Тот, кто вел ритуал, совершил ошибки: в выборе границ, написании заклинаний, установке круга. Впервые Тимоти Корнвел вызвал духа, и он вызвал его плохо. И это убило его.

Дух! Я до сих пор не могу поверить в это. Он был и не был, призрак и не призрак: темное скопление силы и голода с человеческим лицом и руками и с аппетитом демона. Я стояла там, в круге, в напряженном ожидании, когда внезапно в комнате стало холодно, как будто ледяной северный ветер ворвался внутрь. Дрожа, я оглянулась вокруг и увидела, что остальные замерли, запрокинув головы, их глаза были закрыты. Затем я увидела его, появляющегося в углу. Он был как миниатюрный торнадо, туман и дым, кипящий и закручивающийся вокруг себя, становясь все более плотным. Я не думала о том, чтобы сделать что-то: мы лишь вызвали его для практики. Но Тимоти сделал это плохо, и эта штука накинулась на него, вырвалась из наших кругов защиты, и не было ничего, что кто-либо из нас мог сделать.