Когда я открыла глаза, слезы текли по моему лицу. Хантер наблюдал за мной, глядя со спокойствием и тревогой. Он потянулся ко мне и ладонью смахнул слезинки.

– Ты что-нибудь видел?
– спросила я, мое горло болело.

– Некоторые образы, - сказал он, помогая мне встать. Мы оба замерзли, и я хотела уйти с этого места, подальше от этих чувств. Я смотрела вниз на сломанный фундамент и все еще чувствовала запах древнего пепла, обугленных правлений. Я слышала треск окон, ломившихся один за другим от высокой температуры. Запах горевших кожи и волос. К тому времени они были мертвы.

– Изображения, которые я получил, были спутаны, - добавил Хантер.

Он потянул меня к себе, мы шагали назад к машине, и к тому времени, как я переоделась и села на пассажирское сидение, я тяжко плакала, прижав руки к лицу. Хантер обнимал меня, поглаживая мои волосы.

– Это был Кьяран, - выдавила я наконец.
– Любовь жизни моей матери. Он убил ее и Ангуса.

– Почему?

– Я не знаю, - сказала я, расстроенная.
– Потому что он не мог быть с ней? Потому что она отвергла его, как только узнала, что он был женат? Потому что она выбрала Ангуса? Я не знаю.

Я откинула свою голову на грудь Хантера, чувствуя, как напряжен и тверд он был через пальто. Я знала, что он понимал мою боль, ведь и с его родителями случилось нечто ужасное. Возможно, когда-нибудь я буду способна помочь Хантеру, ведь он помогал мне сейчас. Внезапно его пальцы замерли на моей спине и напряжение вошло в его тело. Я подняла голову и закрыла глаза.

– Селена, - прошептала я, уже творя магические блоки, которые изучила от Элис. Я быстро устанавливала стену за стеной вокруг себя, ограждая свой разум от внешних воздействий, окружая себя и Хантера отражающими зло заклинаниями, защитными заклинаниями, заклинаниями сокрытия и силы. Потребовалось мгновенье, чтобы я почувствовала усиление давления Селены: она пыталась пробиться, пыталась войти в мой разум. Моя рука ухватилась за Хантера, и наши силы объединились - я почувствовала, как его сила укрепила мою, и была благодарна.

Точно так же как те образы, все было закончено. Я больше не чувствовала чужого присутствия. Медленно Хантер и я отпустили друг друга, и я почувствовала острую боль сожаления от утраты нашей близости.

– Она ужасно хочет тебя, - мрачно заключил Хантер, откидываясь в кресле.
– Это уже вторая ее попытка вторгнуться в твой разум. Она должна быть ближе, чем я думал. Черт возьми! Мы искали ее повсюду - я гадал каждый день. Но я не мог ничего понять.
– Он задумался на мгновение, барабаня пальцами по рулю.
– Я вызову помощь от совета.
– Он завел машину и включил обогреватель.

– Они действительно смогут помочь?
– спросила я, обнимая себя руками. Я чувствовала себя разбитой, печальной и усталой.

– Я надеюсь на это, - ответил Хантер.
– Селена работает над чем-то, что вскоре должно произойти. Я чувствую это, - Он оглядел меня и положил свою руку мне на ногу. Я начала согреваться, но все еще чувствовала тошноту и надеялась, что мне не придется просить Хантера, чтобы он остановился, иначе меня могло вырвать.

– Откинь свое кресло, - предложил он, когда я начала потягивать оставшуюся часть диетической колы.
– Ты уверена, что следует пить это? Мы можем где-нибудь остановиться и выпить по чашечке чая.

– Кола улаживает твой желудок, - произнесла я.
– Все знают это.
– Я поместила баночку в чашкодержатель, затем потянула рычаг, откидывая свое сидение.

– Лучше?
– спросил Хантер.

– Гм, - промычала я. Мои веки отяжелели, и я позволила себе погрузиться в прекрасное бессознательное состояние, где не существовало никакой боли. Следующим, что я осознала, было то, что машина остановилась, и Хантер мягко растирал мое плечо.

– Снова дома, снова дома, тра-ля-ля, - пробормотал он.

Мы остановились перед моим домом. Через свое окно я заметила, что день стал уродливым, с темными, тяжелыми облаками, плывущими с запада. Смахивало на снежный путь. Мои часы показывали четыре часа.

Я потянулась к рычагу, чтобы поднять сиденье, но была поймана выражением глаз Хантера. Внезапно он стал похож на самую красивую вещь, какую я когда-либо видела, и я улыбнулся ему. Его глаза вспыхнули, и он наклонился ко мне. Я обвила свои руки вокруг его шеи и прижала к себе, когда наши губы сплелись. Я нетерпеливо целовала его, желая соединиться с ним, желая показать, что я чувствовала к нему, насколько ценила его. Его дыхание участилось, оттого что он прижал меня еще ближе, и было так волнующе знать, насколько он хотел меня.

Хантер медленно отстранился, и наше дыхание постепенно пришло в норму.

– Мы должны поговорить о том, что ты видела, - спокойно произнес он, одним пальцем поглаживая мою щеку.

Я кивнула.

– Может тебе стоит войти на некоторое время? Мы могли бы подняться в комнату. Там моя мама более или менее оставит нас в покое.

Он усмехнулся, и мы зашагали к парадной двери. Прежде чем я успела отпереть ее, она распахнулась, и моя мама уставилась меня дикими глазами.