Той ночью Люси снилось, что нефритовая фигурка ожила и злобно смотрела на нее из каждого угла комнаты. Девушка отчаянно пыталась схватить ее, но как только ей это удавалось, та превращалась в тюбик с краской, из которого сочилась красная омерзительная жидкость, заливавшая пальцы. От ужаса Люси проснулась, села на кровати и включила свет. Из-за закрытых штор в комнату проникал солнечный свет, и, взглянув на часы, она обнаружила, что уже девять часов. Она быстро умылась и оделась, но, войдя в комнату для завтрака, обнаружила лишь смятую салфетку на кресле Пола, свидетельствующую, что он уже позавтракал.

Проигнорировав стоявшие на буфете горячие блюда, она проглотила кусочек рогалика и запила его несколькими глотками кофе. Странное предчувствие охватило ее. Отставив недопитую чашку кофе, она направилась в библиотеку. Люси уже подошла к двери, когда та открылась и ей навстречу вышел Пол. Он быстро поцеловал ее, на сей раз с привычной нежностью, и она тут же прижалась к нему, чувствуя себя в безопасности в его объятиях.

– Я связался со страховой компанией, – сказал он ей. – Они пришлют кого-нибудь сегодня утром.

– Я как раз собиралась навестить тетю Беатрис. Она знает, что случилось?

– Да. Единственное, что беспокоит ее, так только то, что это может быть кто-то из слуг. Они прослужили у нас много лет, и она относится к ним как к родным.

– Ты по-прежнему думаешь, что это кто-то из домашних?

Он помолчал немного и затем ответил вопросом на вопрос:

– А ты думаешь иначе?

Она вдруг вспомнила ночной кошмар, и вместе с этим воспоминанием в голову пришла мысль о Мюррее. Но ее опасения были такими смутными, что она побоялась высказать их вслух и лишь покачала головой в ответ на его вопрос, с облегчением увидев, что по лестнице спускаются Ван Дорманы.

Утро тянулось бесконечно долго, и все испытали облегчение, когда незадолго до полудня в поместье, наконец, прибыл представитель страховой компании. Он больше часа провел с Полом в библиотеке и затем отбыл в Лондон, не поговорив больше ни с кем.

Когда шум его машины стих вдали, Пол вернулся в музыкальную комнату.

– Теперь нам остается лишь ждать, – сказал он. – Детективы компании уже принялись за дело.

– Каковы шансы, что ее удастся вернуть? – спросила Люси.

– Не слишком велики. Вещь такого размера, что ее нетрудно вывезти из страны контрабандой.

У нее на языке вертелся еще один вопрос, но, опасаясь проницательности Пола, она решила промолчать. И все же она должна была кое-что выяснить, и, наклонившись к нему, она прошептала охрипшим от страха голосом:

– Как бы ты поступил, если бы решил продать что-то подобное?

– Есть масса торговцев, которые бы захотели ее купить.

– Не слишком честных, да?

Он пожал плечами:

– У многих дилеров есть богатые клиенты за границей, которые вполне могли бы захотеть приобрести тот или иной предмет, не задавая лишних вопросов о его происхождении.

Это замечание напомнило Ван Дорману о похожем случае в его собственной практике, и он уже добрался до середины своего повествования, когда дворецкий объявил, что обед подан.

– Я пойду поищу Синди, – предложила Люси. – Я не видела ее все утро.

– Она не ребенок, – ответил Пол. – И прекрасно знает, во сколько мы садимся за стол.

Люси терзало смутное беспокойство, но прежде, чем она собралась что-то сказать, дверь распахнулась и в комнату влетела тетя Беатрис в развевающемся на бегу платье.

– Синди пропала! – дрожащим голосом сообщила она. – Ее кровать не тронута, а гардероб пуст.

Пол вскочил на ноги, глаза его сверкали от гнева.

– Я знал, что это случится. Она сбежала с Мюрреем!

– О нет! – взмолилась тетя Беатрис. – Она не могла так поступить.

– Она сбежала, – повторил Пол, – и теперь совершенно очевидно, что это Мюррей взял вазу или заставил Синди взять ее для него.

– Только не Синди! – воскликнула Люси. – Она никогда бы не украла ничего, что принадлежит тебе.

Пол посмотрел на свою тетку:

– Она не оставила записки?

– Нет, но ее паспорта тоже нет, и она забрала все украшения, которые ей оставила мать.

– Это доказывает, что я права, – торжествующе сказала Люси. – Если бы Синди украла фигурку, она бы забрала и те украшения, что купил ей ты. Но взяла лишь то, что принадлежало ей.

– Хорошо, – мрачно сказал Пол. – Я признаю ее невиновность. Значит, остается Мюррей.

Он встал и направился к двери.

– Куда ты собрался? – окликнула его Люси.