– Что это на вас надето?
– спросил Джервек холодно.

– Вам же не нравился мой комбинезон? Это шорты.

– Шорты?

– Ну да, - я закусила щеку, чтобы не улыбаться.
– Знаете, такие короткие брюки.

– Это скорее очень короткие шорты... У нас не принята такая форма одежды для женщин.

– Да?
– я вытянула ноги, придирчиво их рассматривая. Вроде не кривые.
– Зря. Вам неприятно видеть мои ноги?

– Наоборот, даже слишком приятно, - сдержанно сказал Джервек.
– Как, впрочем, и всему базовому составу.

Я поджала под себя красивые ноги. Склонила голову набок, изучая непроницаемое лицо своего любимого врага.

– Джервек?

– Юджин, - поправил тот.
– Что?

– Это похоже на ревность.

Он поморщился.

– Бога ради, Маргарет! Просто как моя жена вы должны соблюдать определенные правила поведения...

Я уныло кивнула.

– Я не знала, на что даю согласие.

Пауза. Джервек не сводил с меня глаз.

– Для вас брак со мной хуже тюрьмы?

Я длинно вздохнула и уперлась подбородком в спинку кресла.

– Маргарет, - осторожно спросил Джервек.
– Но я, по крайней мере, не... воняю?

Я улыбнулась - креслу.

– Наоборот.

***

Сказать, что Кассио сбежал нам навстречу с лестницы, будет неверно: он буквально скатился, сияя полуденным солнцем.

– Леди Маргарет! Я так рад!
– он схватил мою руку, быстро поцеловал и, не отпуская, повернулся к Джервеку.
– Вот видишь, я же говорил...

Я не успела спросить - что, как Кассио закричал:

– Нельзя! Нельзя, назад, я сказал!

Я отпрянула, чтобы не столкнуться с атакующим меня центнером мышц, зубов и когтей. Ухватив гончую за жесткий загривок, приподняла, резко встряхивая и приговаривая в такт:

– Попробуй... еще... раз... меня... тронуть!

Очутившаяся на земле собака вякнула, присела на все четыре лапы, ошалело тряхнула головой и, быстро-быстро убежав за спину Кассио, осторожно зарычала на меня из этого безопасного укрытия.

– Подросла, - заметила я.

– Кассио...
– неприятным голосом начал Джервек.

– Я не знал, - испуганно сказал тот.
– Я не думал, что она нападет на леди Маргарет!

– Мэг, - поправила я.
– Не волнуйтесь, Джервек. Она попытается еще раз напасть, но где-то через полгода. Сейчас я ее сильнее.

Джервек потер подбородок. Сказал сквозь зубы:

– Эти полгода она не проживет, обещаю.

Я укоризненно взглянула на него.

– Кассио, если хотите, чтобы она вас слушалась, подавайте команды более низким голосом.

– Я испугался, - оправдываясь, сказал Кассио, машинально трепля гончую по холке - та довольно жмурилась. Она уже начала темнеть, к году будет совершенно черной, останутся только белые круги вокруг глаз.

– Ну, теперь дрессировка собак на Гранде шагнет далеко вперед, - полусердито-полусмеясь заметил Джервек.

– И кое-кого из людей - тоже, - пробормотал Кассио.

***

– Миледи, - сказал охранник, указывая на мой бластер.
– Это вам придется оставить здесь.

– С какой стати?
– удивилась я.
– Вы же при оружии?

Охранник преградил мне дорогу.

– Миледи, прошу вас, оставьте бластер, иначе я вас не пропущу.

Я торжествующе огляделась:

– Все отменяется! Меня не пускают на собственную свадьбу!
– и радостно повернула обратно.

Секретарь вцепился в меня. И без того встрепанный и взмокший, он сейчас напоминал голодную собаку, у которой выдирают драгоценную косточку.

– Миледи... капитан... прошу вас, сдайте оружие. Вам, как жене полковника Джервека, полагается охрана.

– Эта охрана появится у меня только сегодня, а с моим бластером я уже давно знакома. Как думаете, кому я больше доверяю?

– Ну ладно, - сказал Мастер добродушно.
– Хватит баловаться. Иди, не трусь!

Я тоскливо вздохнула, отдала бластер охраннику - тот принял его с явным облегчением - и обреченно переступила порог. В глаза сразу бросилась обособленность трех групп: в центре несколько беседующих высокопоставленных чинов, у одной стены - гаяты рангом пониже, у другой - наши. Боевая слава Псов, обросшая кучей легенд и вымыслов, сослужила сейчас плохую службу: кроме Мастера и Зака на Гранд никого не пропустили.

При виде нас народ оживился: кто-то пошел навстречу, кто-то сдвинулся с прохода. Генерал Лекруа протянул мне руку.