– Допустим, наступлю на подол, шелк - ткань нежная...

– Вы справитесь!
– пообещал Джервек, скрываясь за дверью.

Я критически осматривала себя в зеркале. Шелк обтягивал тело, как вторая кожа - прохладная, мягко сияющая. Услышав короткий стук, сказала: 'войдите', и повернулась боком, оглаживая платье по бедрам. Перехватила в зеркале взгляд своего нечаянного мужа.

– Так, - сказал он через паузу задумчиво.
– И куда же мы будем сваливать бездыханные тела?

Я провела рукой по груди.

– Судя по фасону, вы выбираете себе жен, как наши крестьяне коров - по вымени?

Несчастный секретарь, похоже, вознамерившийся пасти меня до самой брачной постели, в отчаянье воздел руки. Джервек прикусил губу. Скользнул деликатным взглядом по глубокому вырезу платья и сказал сдержанно:

– Отчасти. Вы готовы?

Я последний раз бросила взгляд в зеркало и опять не нашла в себе особых изменений. Я и так всегда выглядела великолепно.

Мы ненадолго задержались наверху лестницы, чтобы дать гостям полюбоваться столь красивой парой, и торжественно сошли вниз. Мастер оглядел меня медленно с головы до ног; встретившись со мной глазами, широко улыбнулся.

Джервек обнял меня за талию. Я запоздало предупредила, что не умею танцевать.

– Ничего, - успокоил меня муж, - вы солдат опытный, справитесь. Это не ваш Мастер отвесил вам сейчас комплимент?

– Да, а...
– я поглядела на него.
– А как вы?..

Он улыбнулся уголками губ.

– Уж мужские мысли мне читать нетрудно. Вы хорошо двигаетесь.

– Да и вы неплохо.

Мы чутко улавливали малейшее движение друг друга, руки его не были ни холодными, ни безразличными, глаза казались темными - и теплыми...

Где-то я слышала, что пары, хорошо понимающие друг друга в танце, не менее приятно проводят время и в постели, но воздержалась от приведения этого высказывания - пусть, если хочет, сам читает мои мысли.

Джервек медленно улыбнулся.

– Знаешь, - сказал пригласивший меня на следующий танец Мастер, - я подумываю ввести такую форму одежды для Псов. Во всяком случае, для женской половины. Правда, парни будут отвлекаться...

Я засмеялась:

– И противник - тоже! Еще одно секретное оружие Бойцовых Псов!

– Ты никогда, - Мастер ловко повернул меня, - не жалела об упущенных возможностях?

Я пожала плечами.

– Нет. Почти никогда. Так уж получается, у меня всегда есть то, чего я хочу.

Мастер хмыкнул:

– Интересный парень, но если он тебе поднадоест или тебе здесь станет плохо, помни - Псы своих не бросают.

– Мастер, - оскорблено сказала я.
– Ты что, думаешь, я этот брак сама подстроила?

– Нет. Ты просто ловишь возможности. А я...
– снова поворот, - ...их упускаю. Старею, наверное.

***

Я с интересом следила за ним в зеркале - Джервек вошел осторожно, словно опасаясь кого-то разбудить. Прошелся по спальне, заложив руки за спину; остановился у окна. Из полуоткрытой створки потянуло ночным ветром, сдувая прядь волос, упавшую на лоб. Некоторое время сосредоточенно смотрел в ночь - лицо его было настолько спокойным, что казалось напряженным. Ресницы дрогнули, опускаясь, а когда поднялись вновь, Джервек смотрел на меня.

– Хотите, скажу ваш текст?
– быстро предложила я.
– В связи с тем... а-у-у... мэм... что вы приняли мое предложение под давлением обстоятельств, угрозы для жизни, и наш брак - фикция - не поступить ли мне благородно и, не посягая на вашу честь и вашу половину кровати, провести эту ночь в покое и одиночестве?

Я выпалила все это, глядя в его зеркальные глаза - и видела, как они теплеют. Джервек склонил голову набок, как бы всерьез обдумывая мои слова. Медленно обогнув гигантскую кровать, остановился у меня за спиной. Осторожно провел ладонью по моему стриженому затылку, я поежилась от удовольствия. Не сводя глаз с него в зеркале, спросила негромко:

– Я угадала?

Джервек медленно улыбнулся - своему и моему отражению. Ответил моими словами:

– Черта с два!

Мы лежали, прижавшись друг к другу, я - лицом к окну, в которое проникал лунный свет. Славные ночи на этом Гранде, почти такие же, как на Чандлере. Обнимавший меня мужчина молчал, дышал ровно и тихо, но я знала, что он не спит. Джервек потерся губами о мой затылок, и я вновь поежилась.

– Чему ты улыбаешься?
– спросил он.

– А ты ведь действительно хотел сказать что-то подобное?

Джервек помолчал.

– Да. А потом посмотрел на тебя... и понял, что это - глупость, которую я никогда не совершу.

– Попробуй только сказать, что ты об этом пожалел!
– поддразнила я.

– Нет. А ты?

– Нет. Тебе ничего не надо объяснять.

Его руки заскользили по моему телу.

– Тогда позволь еще раз... ничего не объяснять.

Охотно переворачиваясь, я ухватила зубами раскачивающийся надо мной солдатский медальон на тонкой, но прочной цепочке. Джервек тихо засмеялся.