Спустя два часа сталкер стал попросту задыхаться, так как желваки перекрыли ему все дыхательные пути. Чтобы хоть как-то уцепиться за жизнь, Мустанг проколол себе обувным шилом горло, но сделал это крайне неудачно и, в итоге, преставился.

Вот так! И это отнюдь не единственный пример того, к каким последствиям может привести необдуманный риск.

Шнайдер рисковал редко, поэтому с ним до сих пор ничего серьёзного не случилось.

До Дядек он дошёл не без труда. Виной этому оказался контролер, приведший на своей ментальной привязи трёх слепцов, две псевдоплоти и одного псевдогиганта.

Шнайдер быстро отыскал взглядом контролера, хотя тот думал, что хорошо спрятался. Шнайдер снял его одиночным. Переставшие контролироваться, плоти и слепцы ретировались, увидев перед собой вооружённого сталкера и псевдопса.

А гигант напротив, устремился на Шнайдера. Алексей знал, что с ним делать. Сменив обойму — секундное дело — сталкер выстрелил в псевдогиганта.

Не дожидаясь пока мутант превратится в жуткого вида гущу, Шнайдер ушёл с поля брани и через четверть часа оказался в Дядьках.

Обитатели деревни встретили его отнюдь недружелюбно. Но Шнайдер и не рассчитывал на радушный приём, накрытый стол и хлеб с солью. Зомби, живущие здесь, завидя сталкера, зарычали и загалдели. Но Шнайдер ни капельки не испугался. Подумаешь, ревущие мертвяки. Тьфу, да и только! Его появление в Дядьках всегда вызывало такую реакцию. Одному нахальному зомбяку, попытавшемуся пролезть к Шнайдеру, пришлось прикладом снести голову. Тело импульсивно задёргалось и спустя немалое количество времени, наконец, упало. К нему ту же подбежали другие зомбяки и принялись рвать гнилое туловище на части.

А глаза обезглавленного мертвяка бешено вращались в глазницах до тех пор, пока не обглодали и череп.

Поглощённые кровавой трапезой, зомбяки больше не обращали внимания на Шнайдера. Он спокойно прошёл к тому дому, где у него был схрон и вошёл в него.

Хата эта, до того как произошёл взрыв на ЧАЭС, определённо принадлежал богатым людям. Большой трёхэтажный, хорошо обустроенный как внутри, так и снаружи. Он и сейчас находился в более-менее хорошем состоянии. Шнайдер бы совсем не отказался бы жить в подобном.

Опустившись на четвереньки, Шнайдер убрал с пола пару досочек, под которыми скрывался тайник. Он достал оттуда пару магазинов. Такого количества, по мнению Шнайдера, чтобы дойти до «Акрополя» вполне должно было хватить. Больше же он ничего трогать не стал и вернул своему тайнику прежний вид.

Некоторое время посидел в кресле-качалке. Оно было старое, пыльное, зато очень удобное и мягкое. Сущее удовольствие. Да и когда ещё может представиться возможность посидеть в таком? Ни в одном из баров такого кресла нет, да и не будет никогда. Впрочем, если очень хорошо и долго упрашивать Фатума, то он может обзавестись подобным.

Может быть так и сделаю, — подумал про себя Шнайдер.

Шнайдер мог бы так сидеть длительное время, мерно покачиваясь в сидении. В этом доме можно даже выброс переждать, надёжное и безопасное место, ничего ему не будет.

Как бы то ни было, надо было уходить отсюда. В баре Шнайдер хотел отведать пельменей и узнать, наконец, что же за штуковина это такая — ПИНК. С приятелями поболтать. А ещё не помешало бы побриться. В прошлый раз сделать он это забыл, и теперь его щёки и подбородок покрывала отнюдь не короткая, колючая щетина.

Возможность побриться имелась, только в баре и то не в каждом. Шнайдер отдавал предпочтение опасной бритве. И не только потому, что была зависимость от электричества. Электробритва также не годилась для недельной и более поздней щетины. Вот опасная бритва подходила как нельзя кстати. У Шнайдера и пена для бритья имелась. Нужна была только вода, которой в доме не имелось. Зато была в «Акрополе». Нечистая, это да. Но это было бы опасно, если бы Шнайдер при бритье себя ранил. Но он отлично орудовал своим инструментом, что фехтовальщик рапирой, посему и опасаться было нечего.

Итак, Шнайдер собрался уходить. Он открыл дверь, но, даже не сделав шага за порог, тут же захлопнул её. А затем запер на засов.

Причиной такого его поведения стала группа снорков, невесть откуда взявшаяся в Дядьках. Шнайдер привык здесь видеть только зомби, ну и разве что иногда слепцов.

Но снорков, да ещё и в таком количестве, видеть здесь ему ещё не доводилось. Группа мутантов в противогазах типа слоник насчитывала тринадцать особей. Шнайдер хоть и не верил во всех этих чёрных котов, в пустые вёдра, в роковые числа, всё равно, чёртова дюжина сулила мало хорошего.