Вместе они спустились в Большой зал, где еще не было никого из преподавателей. Зато можно было насчитать пятерых студентов — двое с Рейвенкло (причем разнополые, что наводило на мысль, что проснулись они в одной кровати), один с Хаффлпаффа (уже с учебником!), один со Слизерина (батюшки, Грегори!), а за столом Гриффиндора ковырялась в тарелке Лили Поттер.

Джеймс даже не махнул по привычке другу, когда они разошлись к свои столам. А он-то подумал, что она просто рано встала.

Гриффиндорец сел рядом с сестрой и нахмурился от ее усталого вида:

— Ты не забыла сегодня ничего сделать?

— А? О, привет, Джим, — рассеянно пролепетала она. — В смысле?

— Я говорю, ты не забыла, что ночью надо было спать? — строго осведомился юноша, даже не обратив внимания на еду.

— Нет, я спала, — соврала она. Джеймс прекрасно знал, когда она врет.

— Ты опять из-за мамы? — мягко спросил гриффиндорец, хотя чувствовал, что не из-за этого. Что творится с Лили?

— Да, — кивнула она.

— Ну, и зачем?

— Что? — не поняла она.

— Зачем ты мне врешь? — просто поинтересовался юноша, садясь прямо и выбирая, что съесть.

— С чего ты взял?

— Ладно, проехали, — Джеймс понял, что все равно не узнает правды. А потом вдруг резко за плечи развернул к себе Лили:- Ты была с парнем?!

— Что?! — осипшим голосом переспросила девушка, чуть залившись румянцем и пряча глаза.

— Значит, с парнем, — констатировал Джеймс, сверля глазами Лили. — Кто он?

— Джеймс, я не…

— Кто этот мерзавец? Кто этот гоблин, у которого я вырву все пальцы на ногах?! Кто посмел к тебе прикоснуться?! — яростно прошептал Джеймс. Видимо, он еще не дошел до той степени гнева, когда бы мог орать на весь зал и не стесняться. — Имя.

— Джеймс, остынь! — слабо отпиралась Лили. — Мне больно!

Присутствующие подняли головы на этот вскрик. Джеймс выпустил ее плечи, но все еще смотрел на сестру:

— Когда я узнаю, я убью его…

— Джеймс, ты говоришь ерунду. Успокойся. Ничего не было.

Но гриффиндорец обводил взглядом зал. Черт, Грегори. Ну, конечно. Кто же еще?!

— Ты была с этим упырем? — прошипел Джеймс, наклонившись к сестре. — Да он же и мизинца твоего не стоит! И тебе всего пятнадцать, о чем ты думала, когда…

— Джеймс, ничего не было! Я просто читала, одна! — не выдержала Лили и вскочила. — Никогда не думала, что меня может так оскорбить собственный брат! И вообще — это не твоего ума дела! С кем захочу, с тем и буду спать!!!

Все присутствующие проводили убегающую прочь Лили недоуменными взглядами.

— И что это был за спектакль? — рядом по дурной привычке примостился Малфой, сразу же беря с блюда тост и откусывая. — Что это за «с кем хочу, с тем и буду»? А?

Джеймс бросил яростный взгляд в сторону стола Слизерина, где все еще сидел Грегори. Малфой проследил за другом, и лицо его вытянулось:

— Нет, этого не может быть, — покачал он головой. — Скажи, что я все не так понял.

— Ты сам все слышал, — Джеймс рвал на кусочки ни в чем не повинную салфетку. — Я был утром у нее в комнате. Она там не ночевала…

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ее-там-не-бы-ло! В шесть утра!

— Тебя тоже не было в постели в шесть утра. И что? — Малфой дожевал тост, но за вторым не потянулся, не сводя взгляда с друга.

— Да, но моя постель, заметь, осталась не заправленной. Не видел ни разу, чтобы домовики прилетали тут же, как студент поднимется с кровати!

— Может, она сама…? — не очень уверенно предположил Малфой. Джеймс злился. Лучше бы Скорпиус сказал что-нибудь смешное, поиронизировал, стал его на свой лад отвлекать, чем сидеть и запросто уговаривать. Гриффиндорец поднял голову и осознал, что Малфой смотрит суженными глазами на Грегори.

— Я ее спросил, где она была. Она начала лгать. Понимаешь?

Малфой лишь кивнул, испепеляя взглядом Грегори, который встал из-за стола и вышел из зала.

— Когда я спросил, не с парнем ли она была, она тут же покраснела, — Джеймс ударил кулаком по столу так, что звякнули тарелки и кубки.