А он просто прошел мимо. Не касаясь их. Не отвечая на вызов. Вызов в их глазах.

Он был слаб. Непростительно слаб сегодня. Но в нем снова появилась вера. Вера в нее. И надежда. Спустя пятнадцать лет. В нем снова была слабость.

Скорпиуса Малфоя отчитали посреди Холла, да еще кто? — девчонка, староста, Поттер!

Он уже начинал скучать по той хрупкой и беззащитной Лили, которую он впервые поцеловал. Скучать?! Нет! Ему определенно нравилось то ощущение непредсказуемости, что теперь сопровождало их отношения.

Она решила поиграть с ним? Малфой с удовольствием примет ее игру. Но играть они будут по его правилам.

Скорпиус сидел на подоконнике на четвертом этаже, ожидая, когда вернется Поттер. Да, их идея с зельем Решимости явно была изначально проигрышной — это же Уизли. Эти создания вообще не поддаются прогнозам. Мало того, что она не польстила своим разговором Уильямсу, да-к она же еще и прогуливается по коридорам с Манчилли, этим гоблином. Неужели Роза Уизли набиралась решимости на то, чтобы оказаться поблизости от этого уродца? Да, хотя тут не только решимость нужна, но еще и повязка на глаза, чтобы не созерцать этого субъекта во всей его гоблинской красе. Ладно, нюхлер с ней, с Уизли! Только зелья жалко…

— Мистер Малфой, немедленно слезьте! — в коридоре появился Фауст. — Вы не нашли себе другого места для отдыха? Минус пять очков со Слизерина. За неуважительное отношение к школе.

Скорпиус, дождавшись, пока декан Гриффиндора скроется, снова влез на окно — раз уж баллы он уже все равно потерял, почему бы не продолжить «неуважительно относиться к школе»? И вообще, у какого идиота еще в голове могли родиться такие формулировки? Только у Фауста… иногда Малфою казалось, что в раннем младенчестве этого человека клюнул в голову грифон, и мозг Фауста вытек — весь и навсегда. Может, декан Гриффиндора просто этого не помнит, а родители пожалели его и не стали рассказывать?

— Малфой, ты чего такой довольный сидишь? — рядом возник Поттер с газетой в руках. — Читал?

— Про бар на Косой аллее? Читал еще вчера, — лениво отмахнулся Скорпиус.

— Я не о том, — Джеймс протянул другу газету. Только тут Скорпиус заметил, как бледен гриффиндорец. — Это экстренный выпуск…

Малфой развернул номер «Совы».

— Вот черт! — выругался он, спрыгивая с подоконника. Потом поднял глаза на друга: — Как там ваши?

— Никто, кроме Розы, пока не знает, — Джеймс сложил на груди руки. — Они все на занятиях, а газета пришла после обеда. Я встретил Розу в башне…

Скорпиус снова взглянул на газету. Посреди страницы — панорама на странно скособоченный дом и большая подпись «Нападение на «Нору»: оборотни в семейном доме Уизли». — Я не знаю, какой маг нас хранит, просто не верится, что в Норе в тот момент никого не было, — прошептал Джеймс, глядя на свои ботинки. — Если бы там был дедушка… Или Альбус… Господи, когда же это закончится?!

Скорпиус с сочувствием посмотрел на друга:

— Спокойно, тут же написано: Министерство прибыло вовремя, чтобы предотвратить нанесение какого-либо ущерба… Видишь, шестеро пленных, ни одного убитого с нашей стороны…

— Господи, Малфой! — Джеймс вскипел. — Они напали на дом моей семьи, ты понимаешь?! Охрана, заклинания, бдительность! Ничего не помогает! Они все могли погибнуть!

— Поттер, давай без истерик, уже поздно орать и махать палочкой, — попросил Скорпиус, складывая газету. — Тем более, там был твой отец, уж он бы их всех на кусочки разорвал, если бы оборотни посмели хоть кого-то тронуть…

— Я не знаю… — растерянно произнес гриффиндорец. — Наверное, Роза и Лили были правы… мы тут веселимся, гуляем, смеемся, а они там…

— Мерлин, Поттер, только не это. Спишу твои слова на последствия падения с дерева, — Малфой хлопнул друга по плечу. — Я рад, что ты, наконец, прочувствовал всю тяжесть момента, но поверь мне — от того, что ты тут будешь биться в истерике, ничего не изменится. Так что просто прими к сведению, что на дом твоих родных напали, что никто не пострадал. И живи дальше.

— Это не твои родные, тебе легко говорить! — Джеймс стиснул кулаки. — Это не в твой дом ворвались эти звери…

— Позволь напомнить — в моем доме они уже оставили свои следы. И я не впадал в панику, — спокойно ответил Скорпиус. — За хвост… и все.

— Да, прости…

— Что мне в тебе всегда нравилось, Поттер, так это то, как ты быстро переходишь из одного состояния в другое, — усмехнулся Скорпиус. — Все, ты закончил строить из себя трагического героя?