Шрифт:
– Боже мой!
– Я никогда не видел ребенка с такой силой воли. Ты была великолепна. Я следил за тем, как превращалась ты из своенравной девчонки в прекрасную женщину. Ты единственная никогда не нагоняла на меня скуку. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Эмма недоверчиво, ошеломленно покачала головой.
– Настоящей женой?
– Во всех смыслах, - подтвердил он, глядя ей в глаза.
– Что, если я откажу тебе? Ты постараешься наказать меня? Пригрозишь рассказать всем о том, как… - Она повела рукой в сторону смятых простыней.
– Обо всем этом?
Он усмехнулся, забавляясь:
– Неужели ты обо мне такого плохого мнения?
– Да, - не задумываясь откликнулась она, заставив его рассмеяться.
– Впрочем, если бы я даже захотела выйти за тебя замуж, мне это не удастся. Отец никогда этого не допустит.
– Я знаю, как подействовать на твоего отца, - ответил Николай.
– Решение только за тобой. Если ты согласна выйти за меня, так и будет.
Она скептически скривилась:
– Я еще не встречала человека, который смог бы справиться с моим отцом.
– Так ты все-таки подумаешь?
– Подумаю, но не верю, что…
Он заставил ее замолчать поцелуем.
– Погодя, - прошептал он.
– Ты дашь мне свой ответ погодя.
– Но…
Не обращая внимания на слабые протесты, он осыпал поцелуями ее лицо и шею. Она затрепетала и смолкла, а он продолжал ласкать ее с поразительно бережной нежностью. Она прижала ладони к его изборожденной рубцами бархатной спине и ощутила под пальцами перекат мышц, когда он вновь надвинулся на нее. В этот миг ей почудилось, что она больше себе не принадлежит. Ее тело стало его собственностью, созданной ему на радость и владение. И он оказался добрым, заботливым хозяином, терпеливо лелеющим его, умело пробуждающим отклик в каждой жилке. Никто и никогда не держал ее так долго в объятиях. Она и мечтать не могла об этих удивительных ощущениях. Все тревоги и заботы улетели куда-то прочь… Осталось лишь восхитительное наслаждение от его баюкающих, гладящих рук, длящееся бесконечно, неутомимо, пока страсть не накрыла ее мощной жаркой волной.
Когда, пресытившиеся и довольные, они разжали сплетенные руки, Николай перевернулся на живот и заснул, уткнувшись лицом в подушку. Видны были только слабо светящийся в полумраке лоб и полукруг ресниц. Эмма потянулась и пригладила кудри, вьющиеся на затылке, касаясь их легко-легко, чтобы не потревожить его сон.
Она пожалела женщину, у которой хватит глупости полюбить его… а таких наверняка было немало. Такой недосягаемый красавец, как Николай, легко мог разбить не одно сердце. Не говоря уже о загадочном обаянии его личности… такой сильной, таинственной и такой одинокой. В полном смятении Эмма закинула руки за голову. Черт бы побрал Адама за его измену! Это из-за него оказалась она в нынешней невообразимой ситуации. Однако он покинул ее навсегда, а Николай Ангеловский ее хотел. Неужто будет так страшно стать его женой? Во все времена хватало людей, вступавших в брак без любви.
Она попыталась представить себе, как сложатся их отношения, как все это будет выглядеть. Ей было известно, что он ее желает, но князь относился к тем людям, которые не способны любить кого бы то ни было.
– Не очень-то ты годишься в мужья, - прошептала она, глядя на его мирное лицо.
– Но ведь и я не слишком похожа на идеальную жену.
Он сжал пальцы, сдвинул брови во сне. Эмма вдруг осознала, что до сих пор не воспринимала его как обычного живого человека. Он ей казался каким-то экзотическим существом, которым лучше восхищаться с безопасного расстояния, а приближаться ближе чем на вытянутую руку не стоит. Но на самом деле Николай Ангеловский был просто мужчиной. Уязвимым и одиноким, как она сама.
Решение сразу стало легким.
Она прикоснулась к его щеке, погладила появившуюся за ночь щетину и увидела, что он проснулся.
– Николай, - прошептала она, - мне надо отправляться домой, пока еще не рассвело.
Он приподнялся на локтях и потряс головой, чтоб в ней прояснилось.
– Я провожу тебя. Отвезу в карете.
– Нет, я поеду верхом…
– Это небезопасно. Я поеду с тобой.
Эмма поразмыслила и кивнула, соглашаясь.
– Мне не надо времени на обдумывание твоего предложения, Ник. Я могу дать тебе ответ прямо сейчас. Я… я принимаю твое предложение.
Николай не выказал ни удивления, ни особой радости, но она почувствовала его глубокое удовлетворение. Он поднес к губам ее руку и поцеловал кончики пальцев.
– Я знал, что ты согласишься, - произнес он с таким спокойствием, что Эмма чуть не засмеялась.
– Думаю, лучше сначала сообщить эту новость моей семье. Первым порывом отца может быть попытка тебя убить.
– Эмма вздрогнула при мысли о возможной реакции семьи. Отец придет в ярость, сдвинет небо и землю, стремясь удержать ее от брака с Николаем. Он может даже лишить ее наследства.
– Я и раньше имел дело с твоим отцом, - ответил Николай. В голосе его прозвучала ирония.
– С ним проблем не будет.
Эмма озадаченно моргнула и промолчала. Одна мысль сверлила ей мозг, затмевая все остальные: после того как она выйдет за Николая, никто никогда не посмеет указывать ей, как себя вести и что делать.
Глава 4
На следующее утро Эмма проснулась в своей постели. В голове стоял туман, мысли разбегались.
Дневной свет струился сквозь полураздвинутые гардины, и от его сверкающей яркости у нее заломило в висках. Тело саднило в каких-то совершенно непривычных местах. Растерянность ее длилась лишь несколько секунд: воспоминания нахлынули тяжкой волной…