– Что вы хотели, Елисей Федулович?- захлопнув дверь, спросила Юля и, с удивлением, обнаружила, что после эмоциональной встряски (а она, разумеется, была - не каждый день перед мужчиной обнаженкой сверкала) прошла головная боль, что называется - нет худа без добра.

– Яща буща муща - прошепелявил сосед негнущимся языком.

– Понятно, - тихонько пробурчала Юля.
– Вчера одного перекосило, сегодня другого переклинило. Тоже слабеньким оказался. И это при такой-то фамилии. Она почему-то представила себя в роли его жены: Юля Могила - умереть, не встать. Звонишь кому-нибудь по телефону и говоришь: 'Здравствуйте, это Могила беспокоит'. А на том конце: 'Считаете, мне уже пора?'.

Тем временем, Виктория (к слову сказать, тоже обладавшая неплохой фигурой), отвернувшись к окну, принялась стягивать с себя белые шорты.

Елисей Федулович, отклячив глянцевую, выбритую станком с двойным лезвием, челюсть, нервически затряс коленом.

Ой, извините, - спохватилась бухгалтерша.
– Я по привычке стала переодеваться, забыла, что мы с подружкой не одни, - она быстро вздернула шорты на место.

Но Могиле хватило и того, что видел. Он затряс вторым коленом и начал пританцовывать, как заправский чечеточник.

В таком состоянии и застала его Юля, вышедшая из душа в коротеньком махровом халате.

– Что, Елисей Федулович, - спросила она, пытаясь скрыть собственную неловкость, - никак отойти не можете?

– Ущя, ющя, - пропыхтел Могила.

– Это мы уже поняли, а зачем пришли-то?

– Уже вще на эскущию щобалищь

– Ох ты, господи!
– всплеснула руками Виктория.
– Сегодня же экскурсия! Ты почему не напомнила, подруга?

– Когда? Я же только что проснулась. Ну-ка, представители другого пола, быстренько освободили помещение, нам переодеваться надо.

Елисей Федулович пожав плечами (его-то чего стесняться - все уж видел), пошленько подергиваясь, вышел из номера.

Полынцев уже полчаса утаптывал асфальт перед центральным входом в пансионат. Высотное белое здание улыбчиво сияло широкими окнами, серебристыми балконами, огромными стеклянными дверьми, за которыми виднелось просторное фойе с мозаикой на стенах. Парк, окружавший пансионат, был хоть и жиже МВДэшного, но, зато, ярче, элегантней - с пушистыми цветочными клумбами, стриженными под мячик кустами.

– Э, генацвале, ты уже здесь!?
– радостно воскликнул Вахтанг, выходя из пансионата в сопровождении высокого кудрявого мужчины весьма представительной наружности.
– Знакомься - это наш сосед Евсей.

– Елисей Федулович, - строго уточнил спутник.

– Очень приятно, Андрей.

Курчавый ехидно улыбнулся.

– Так это вы, тот герой-спасатель? Мне Вахтанг подробно о вашем подвиге рассказывал. Отчаянная у вас голова.

Полынцев спрятал глаза. Можно было представить, что там насочинял грузин. А, впрочем, не все ли равно. Вот если не выйдет Юля, будет действительно плохо. Тогда экскурсия превратится в скучнейшее мероприятие. Словно решив успокоить влюбленное сердце, на крыльцо высыпала вся вчерашняя компания, плюс миловидная незнакомка.

– Привет, Лейтенант Николаевич, - весело поздоровался Аркадий Эдуардович.
– Мы тут немного задержались, но, кажется, не опоздали. Схожу-ка я разведаю обстановку. А ты пока за нашей соседкой присмотри, а то уведут в два счета и охнуть не успеем.

Высокая русоволосая красавица лет 24-26, с длинными ресницами и крутыми бедрами, скромно протянула руку.

– Вика.

Полынцев, засмущавшись, аккуратно пожал ее мягкую ладонь.

– Очень приятно, Андрей.

– Это вы, тот герой-спасатель?
– улыбнулась девушка, выказав два ряда ровных, безупречно белых зубов.
– Нам Вахтанг про ваш подвиг весь вечер рассказывал - вы молодец.

Темпераментным мужчиной оказался грузин, в смысле, разговорчивым. Со всеми успел чужим позором поделиться. Но, сейчас, не о нем - Юля в легком голубом платьице гордо проплыла мимо, не сказав ни слова. Могла бы хоть для приличия поздороваться - питерская цаца. Эстонка, напротив, повела себя весьма доброжелательно: улыбнулась во весь рот и даже пальчиками помахала. Лучше б подружку вежливости поучила.

Тем временем, к дверям пансионата по-южному лихо подрулил вишневый японский микроавтобус с надписью на борту 'экскурсионный'. Из кабины выскочила плотная, стриженная под мальчика женщина лет 45-50.

– Меня зовут Аделаида!
– возвестила она сиплым голосом, заложив руки за спину.
– Я вам покажу красивую усадьбу в роскошном месте, но, при условии, что вы будете дисциплинированной группой, а не цыганским табором. Итак, прослушайте краткий инструктаж, - она принялась загибать толстые, без признаков маникюра, пальцы.
– Во-первых - мои распоряжения выполнять беспрекословно. Во-вторых - действия администрации не обсуждать. В-третьих - держаться вместе, желательно попарно. И этого, пока достаточно. Теперь закрепим теорию на практике. Слушай первую команду - 'По машинам!'. Предупреждаю: любое отклонение от маршрута считаю побегом и стреляю навскидку. Шутка, мать ее. Кстати, закурить ни у кого не найдется?