Шрифт:
Война закончилась в тот день, когда, увидев вставших на пути недругов, Огерт ухмыльнулся и вытащил из-за спины украденный в кузнице тесак, а Гиз, набычившись, достал из рукава нож, и Нелти, быстро наклонившись, подняла с земли увесистый камень…
Больше их не трогали.
И даже сам Рон разговаривал с ними почти как с равными. А они были вынуждены делать все, чтобы поддерживать свою упрочившуюся, но весьма еще шаткую репутацию.
Потому-то однажды и отправились они к трупу.
К трупу, который оказался мертвяком…
7
Гиз вымахнул на берег, увидел телегу и приподнявшуюся в ней Нелти.
– Что случилось? – Он уже не бежал, он шел – медленно, осторожно. Озирался, высматривая возможную засаду. А здесь было где спрятаться – за стволами вязов, в зарослях орешника, в тростнике, в осоке…
– Это ты, Гиз? – Слепые глаза Нелти были устремлены прямо на него.
– Я, сестра, – Гиз подобрал валяющийся на земле меч, еще раз обругал себя за беспечность. – Что произошло?
– Здесь кто-то был.
– Когда? Сейчас?
– Да. Только что.
– Ты уверена? – Гиз приблизился к телеге, погладил жеребца по мягким ноздрям, осмотрелся, вытянув шею, привстав на цыпочки.
– Я услышала осторожные шаги и подумала, что это ты крадешься, – Нелти крепко вцепилась в борт телеги. – Удивилась только, что ты вернулся не со стороны реки, но решила, что ты хочешь меня разыграть. И сделала вид, что ничего не слышу…
Гиз, присев, уже искал следы, оставленные неведомым гостем; впрочем, охотник догадывался, что вряд ли отыщет что-то среди высокой жесткой осоки.
– … он обошел вокруг, не приближаясь, – продолжала рассказ Нелти. – Усь видела его. Тут я заподозрила, что это кто-то чужой, и мне стало страшно. Я спросила, много ли рыбы ты наловил. И почти сразу услышала плеск на реке. Ты все еще был там. А здесь был кто-то другой…
– Трава чуть примята, но я не уверен, что это чьи-то следы, – сказал Гиз.
– Он ничего мне не ответил. Кажется, он понял, что я слепа, и подошел ближе. Он стоял прямо здесь… – Нелти опустила руку. – В паре шагов от меня. Я слышала, как он дышит. И чувствовала, как он смотрит. Я заговорила с ним, спросила, кто он, что здесь делает. Я старалась говорить спокойно. Я чувствовала, что это живой человек…
– Некромант?
– Не знаю… Он так ничего и не сказал. А потом зашевелился Огерт и забормотал что-то… Тогда я не выдержала и стала звать тебя…
– А что он?
– Не знаю. Кажется, сбежал, как только я начала кричать.
Гиз еще раз оглядел округу. Представил, как побежал бы сам – сначала, пригнувшись, к кустам орешника, потом за холм, а там овражек раньше был, наверное и сейчас есть… Обыскать бы здесь все, да вдруг в ловушку попадешь…
– Надо уходить отсюда, – сказал Гиз, собирая одежду.
– Как думаешь, кто это был? – спросила Нелти.
– Откуда мне знать?..
8
Свой улов Гиз все же забрал.
Убедившись, что врагов поблизости нет, охотник отвел жеребца к реке и обыскал покатый берег, то и дело окликая Нелти, держа в правой руке меч и стараясь ни на миг не выпускать телегу из виду.
Рыбы оказалось не так много, как он рассчитывал. Наверное, часть улова затерялась в траве, что-то утащили вороны, а отдельные рыбешки, видимо, сумели-таки упрыгать назад в речку.
Собрав добычу, Гиз вернулся к Нелти.
– Все спокойно? – спросил он.
– Кажется, да, – ответила она. – Много наловил?
– Десяток карасей, да три линя, – рассеяно отозвался Гиз. Не о рыбе он сейчас думал. – Съедим за один раз.
– Не ожидала, – Нелти чуть заметно улыбнулась. – Раньше ты столько много не ловил. Таким-то способом.
– Тогда у меня штаны были меньше, – сказал Гиз, забираясь в телегу.
Огерт все еще бессмысленно пялился в небо. Веки его подрагивали, сизые губы шевелились, острый кадык ходил по горлу.
– Возможно, это был некромант, – сказал Гиз, имея в виду недавнего гостя, напугавшего Нелти. – Подошел, увидел Огерта и принял нас за своих.
– А зачем тогда убежал?
Гиз пожал плечами, взялся за вожжи. Молчал долго, думал о чем-то, правил жеребцом, выводя телегу к дороге. А потом пробормотал, словно себя успокаивал:
– Может, и не было никого…
9
Вскоре они вновь увидели стены Кладбища.
Вернее, увидел их один Гиз, и тут же сообщил об этом Нелти. Собирательница подняла голову, прислушалась, вдохнула полной грудью пахнущий цветущим разнотравьем воздух и сказала: