– Как что? Ветер. Эти лесистые холмы создают отличную парусность.

– Понятно. Но почему за столько лет он ни разу не сел на мель, не натолкнулся на какой-нибудь другой остров?

– А кто сказал, что всего этого не было? Все могло быть. Мог он и на мель садиться и к другому острову причаливать. Даже наверняка так было. Иначе откуда появиться здесь траве, деревьям, даже животным, скажем, обезьянам. Но тот же ветер, который выбрасывал остров на мель, наталкивал на другие земли, потом снимал его с мели, отгонял от других земель и снова выносил в открытый океан.

– А как же штормы, тайфуны? Как они не разрушили его за много лет?

– Шторм не так страшен тому, что плывет в открытом океане по воле волн. Он больше опасен неподвижным берегам. Вспомни, ведь во время шторма даже корабли специально выводят подальше в море.

– Да, это так. А как ты думаешь, Крымов, можно было бы управлять этой махиной?

– Нам с тобой?

– Нет, я имею в виду в будущем. Если привлечь к этому делу знающих инженеров, вложить капитал, построить тут… Ну, поставить, скажем, для начала какие-то рули, может быть, двигатели…

– В принципе это возможно. Но управлять островом будет нелегко. Слишком необтекаема у него форма. Один мыс со скалой чего стоит. Недаром мы вертимся из стороны в сторону.

– Чепуха! Форму можно подправить. Два-три хороших направленных взрыва, и никакие мысы не будут мешать.

– Но зачем это нужно? – пожал плечами Денис – Остров и без того интересен.

– Мало ли зачем! – загадочно улыбнулся немец. – Хватит болтаться ему без дела. Все должно приносить пользу. И я как первооткрыватель… Кстати, Крымов, я надеюсь, наш договор останется в силе? Ты не претендуешь на эту землю?

– Я не помню, чтобы мы договаривались о чем-то подобном.

– Но ты не собираешься объявить себя собственником острова?

Денис усмехнулся.

Да зачем он мне нужен? Дачу загородную на нем строить?

– Нет, ты не смейся! А скажи прямо, претендуешь на остров или не претендуешь? Только одно слово!

– Ну, изволь, не претендую. Да и как можно претендовать на такой феномен? Это же уникум. Чудо природы. Явление, может быть, единственное в своем роде. Можно быть его первооткрывателем, первоисследователем. Но кто позволит претендовать на него, как на собственность?

– Ну, это мы еще посмотрим, позволят или не позволят. Мне важно, чтобы ты на него не претендовал. А ты дал слово, Крымов! – он вперил в Дениса холодный цепкий взгляд.

«Такой ни перед чем не остановится!» – подумал Денис.

– Мисс Эвелина, будьте свидетелем, – продолжал немец прокурорским тоном,- м-р Крымов официально заявил, что не претендует на эту землю.

– О боже! – слабо откликнулась журналистка.

Но Жан не преминул возразить:

– А почему ты спрашиваешь об этом только Крымова, почему думаешь, что мы с мисс Эвелиной…

– Что вы с Эвелиной? – не дал ему договорить Курт.- Уж не собираешься ли ты тоже предъявить какие-то права на остров?

– А если бы и так?

– А если так, то запомни раз и навсегда: на вновь открытые острова могут претендовать только те, кто первыми ступают на их землю, а не те, кого, как слепых щенят, полуживыми выволакивают на берег.

– Но ты не спрашиваешь и мисс Эвелину, – не сдавался Жан.

– А что касается мисс Эвелины, то мы с ней как-нибудь сами разберемся, без таких вот плюгавеньких посредников. Понял? – Немец недвусмысленно потряс кулаком.

– Плевал я на твои угрозы.

Денис видел, что дело опять идет к потасовке. С каким удовольствием он бы и сам поставил на место этого новоявленного колонизатора. Но он понимал, что сейчас не место и не время.

– Да будет вам петушиться! – крикнул он, становясь между немцем и французом. – Неужели до вас и теперь не дошла вся серьезность нашего положения? Поймите, наконец, что если мы сейчас же не переберемся отсюда к скале и не будем изо дня в день, с утра до вечера следить оттуда за океаном, чтобы дать сигнал проходящему кораблю, нам до конца дней своих не выбраться из этой ловушки.

– Верно, Крымов! – неожиданно согласился Курт. – Хватит сидеть в этой яме. Веди нас к скале. И вообще, я горю желанием получше осмотреть наш замечательный дредноут.

– Дредноут?

– Ну, не дредноут, так прогулочную яхту. Кому что больше нравится.

Весь этот день ушел на сооружение лагеря. К удивлению Дениса, Курт на сей раз и не думал отказываться от работы. И хотя, как оказалось, у него, в самом деле, не было ни малейшей сноровки к такого рода делам, он, тем не менее, все время суетился, давал советы и чуть не каждый час взбирался на вершину скалы и подолгу стоял, как заправский капитан, озирая далекий горизонт.