Ее достиг три года спустя Торфинн Карлсефни, женившийся на Гудрид — вдове Торстейна. Он вышелв море на трех кораблях с шестьюдесятью мужчинами и пятью женщинами. (Так сообщает «Сага о гренлан­дцах». В «Саге об Эйрике Рыжем» говорится, что всего на кораблях было сто сорок человек.) Это была самая удачная, но, по существу, последняя попытка серьез­ной колонизации, Америки. Норманны поселились в домах, построенных еще Лейвом, и стали налаживать отношения с аборигенами. В качестве разведчиков Торфинну служили два скоти (ирландца), захваченных им с собой для этой цели. Однако вскоре между пришельцами и аборигенами разгорелась ссора, переро­сшая в кровопролитный бой и не оставившая викингам никаких надежд на дальнейшие исследования, и в 1006 году Торфинн возвратился в Гренландию.

Около 1010 года в Винланд отправились исландцы братья Хельги и Финнбоги, с ними была сестра Лейва Фрейдис. Им также не удалось колонизировать Вин­ланд: Фрейдис, склочная от природы, столь умело разжигала подозрительность и соперничество между сво­ими соотечественниками, что кровавые стычки стали в Винланде обычным делом. Оба брата погибли в междо­усобицах, оставшимся удалось вернуться в Гренландию.

До недавнего времени эта одиссея считалась пос­ледней известной нам высадкой европейцев на Амери­канский континент вплоть до плаваний Колумба. Но время внесло свои коррективы, и немалые. В 1979 году при раскопках приморского индейского селения в шта­те Мэн лопата археолога выбросила из земли монету, ставшую сенсацией номер один. Известный лондонс­кий эксперт-нумизмат Питер Сибей уже при самом поверхностном знакомстве определил, что она чекани­лась в правление Олава Тихого, преемника Харальда Сурового, то есть между 1066 и 1093 годом. Примерно этим временем датируется и сам раскапываемый объ­ект — значит, монета попала в землю при «жизни» этого поселка. Находка монеты доказывает, что плава­ния норманнов в Америку не прекращались, что пред­принимались все новые и новые попытки, что память о Винланде не умирала.

В 1118 году в Винланд отправился первый гренлан­дский епископ Эйрик Гнупсон, чтобы укрепить пошат­нувшуюся среди колонистов веру. Многие сомневались в успешном исходе экспедиции, в лучшем случае счи­тая, что Эйрик либо остался в Винланде навсегда, либо погиб на обратном пути. Это не так. Выполнив свою миссию, епископ вернулся в Европу, но доказательство этому получено лишь 10 октября 1965 года, когда в американских и английских газетах одновременно по­явились сенсационные сообщения о находке карты, датируемой примерно 1440 годом. Вскоре были опубли­кованы и ее изображения. Хотя карта сильно постра­дала от времени, на ней сохранились довольно отчет­ливые очертания Исландии, Гренландии (особенно точно снято ее западное побережье) и «острова Винланд». Легенда в верхнем левом углу сообщает, что «с Божьей помощью спутники Бьярни и Лейв Эйриксон после долгого путешествия, предпринятого ими с острова Гренландии в южном направлении, в самые отдален­ные части Западного океана, прошли под парусами через льды и открыли новую очень плодородную стра­ну, где растет даже виноградная лоза, и потому назва­ли ее Винланд» и что после них там побывал «в последний год правления папы Пасхалия II» (в 1118 году) гренландский епископ Эйрик.

В октябре 1957 года эта карта попалась на глаза американскому антиквару из Нью-Хейвена Лоуренсу Уиттену, путешествовавшему по Европе и увидевшему ее в одной частной коллекции. Было ясно, что карта — составная часть латинской рукописи, вместе с коей она и была приобретена. Вероятно, решил Уиттен, это рукопись XIII века «Сообщение о татарах» лионского монаха Джиованни дель Плано Карпини, ездившего по поручению папы Иннокентия IV с миссией в ставку монгольского хана в 1245—1247 годах.

Однако в следующем году на поверхность антик­варного моря всплыл еще один кусок рукописи — на сей раз датируемый XV веком (примерно 1440 годом). Автор этого фрагмента был установлен довольно легко:доминиканский монах Винсент де Бове, известный как автор «Зеркала истории». Теперь стало ясно, что фрагмент Карпини не подлинник, а позднейший список, включенный Бове в свою книгу. Когда два куска рукописи соединили, стали очевидными и один и тот же почерк, и одинаковые водяные знаки на бумаге, и множество других мелких признаков. Последние сомнения исчезли, когда совпали дырки от книжных червей, «трудившихся» над рукописью в течение пяти столетий. Следовательно, карта не была подделкой, а это означает, что экспедиция Гнупсона была успешной.

Сведениями о дальнейших посещениях Винланда мы пока не располагаем. Известны лишь глухие упоми­нания о некоторых попытках вроде той, что предпринял в 1347 году еще один гренландский корабль с восемнадцатью членами экипажа: он двинулся по следам Лейва, но был пригнан ветрами обратно. А такие счастливые случаи, как история с картой, бывают, увы, нечасто.

Лейв Счастливый умер в 1021 году. В Бостоне в 1871 году ему был воздвигнут памятник, а начиная с 1964 года американцы отмечают 9 октября как День Эйриксона — первооткрывателя своего континента.

Открытие Америки отнюдь не обратило кормила норманнских кораблей за океан. У викингов было еще достаточно неотложных дел в Европе. Например — Англия.

Правнук Хрольва Пешехода, основавшего государ­ство на берегу Ла-Манша, Родберт, снискавший шум­ную известность под именем Роберта Дьявола (в нема­лой степени он обязан этой известностью замечатель­ной опере Джакомо Мейербера), чтобы упрочить пол­ожение нормандских герцогов в семье европейских монархов, а заодно замолить безвременную кончину отравленного им в 1028 году своего брата Ричарда III, совершил модное тогда паломничество в Иерусалим, но на обратном пути сам был отравлен своими слугами в Никее. Ставший нормандским герцогом его сын Вильяльм Незаконнорожденный (его матерью была дочь кожевника) немедленно включается в участившиеся к тому времени норманнские набеги на Англию.

В 1016 году умер король саксов Этельред II Непо­воротливый, и после недолгого правления его сыновей Эдмунда II Железнобокого и Эдварда Доброго на бри­танский трон уселся давний недруг Этельреда — дат­чанин Кнут Могучий. Уселся надолго — на восемнад­цать лет. Право свое на английский престол Кнут обосновал просто и без затей: он женился на вдове Этельреда Эмме, сестре Роберта Дьявола, а затем изгнал с острова детей Этельреда.

Однако в 1042 году саксам удалось восстановить статус-кво: английским королем стал прибывший из Нормандии Эдуард Исповедник, процарствовавший двадцать четыре года. Первые девять лет его правле­ния были сравнительно спокойными, взоры его чаще обращались к северу, чем к востоку или югу: Эдуард всецело был поглощен устройством дел шотландского принца Малькольма, нашедшего приют при его дворе после убийства Макбетом его отца — короля Дункана. Но Эдуарда и самого едва не постигла участь несчас­тного шотландца. Недовольные засильем норманнов, его придворные составили заговор, возглавленный Год­вином Уэссекским, тестем Эдуарда, а после смерти Годвина в 1053 году Эдуард был вынужден завещать престол его сыну Харальду, на чьей дочери был женат русский князь Владимир Мономах.

Однако Харальд родился под несчастливой звез­дой, ему не пришлось процарствовать и года. После смерти Эдуарда Исповедника в начале 1066 года, вос­пользовавшись тем, что Харальд водрузил на себя корону без церковного благословения, права на его престол предъявил расторопный сын Роберта Дьявола и внучатый племянник Эммы — Вильяльм. Вдаваться в юридические тонкости у него не было ни времени, ни желания, и с благословения папы в ночь с 27 на 28 августа он взошел на палубу «Моры». Четыреста бое­вых кораблей и тысяча транспортных последовали за своим флагманом из устья Дивы, форсировали пролив, и бросили якоря в порту Певенсей близ Хастингса.