В мире больше не было солнечных пиков, таяния льда. Человеческие машины частично поддерживали небольшие пространства океана свободными ото льда. Но без перемешивания воздуха, которое происходило благодаря пульсации звезды, над поверхностью океана образовался слой углекислого газа.

Прошло всего несколько столетий, и острова в океане стали необитаемыми.

— Мы давно уже стали земноводными созданиями, — продолжала свой рассказ мать. — И если возможности достичь суши у нас исчезают…

— Короче говоря, трудности налицо, — подытожил отец. — И на них есть только один ответ.

Народ планеты кое-чем отличался от землян: прежде всего, он не достиг таких успехов в освоении космоса, как люди. А это значило, что у них не было средств противостоять надвигающейся катастрофе — в отличие от людей, которые, например, для защиты от надвигающейся солнечной бури построили над Землей щит. Народ Проциона оказался перед лицом полного исчезновения.

Пассивно принять такую участь никто не желал.

— И тогда мы решили просто иметь меньше детей, — сказала мать Мудрости.

Поколения на планете Проциона жили гораздо меньше земных. У жителей было время постепенно снизить свою популяцию, так что ко времени рождения Мудрости на планете осталось всего несколько десятков разумных существ. Причем во всем мире, в то время как раньше их было несколько миллионов.

— Ты должна понять, почему мы так поступаем, — продолжала рассказывать мать. — Если ребенок не существует, то он не страдает. Так что наше решение было не таким уж и плохим. — В глазах ее при этих словах стояли слезы. — Уже несколько поколений мы позволяли себе иметь всего одного ребенка в семье. Зато ему доставалась вся любовь.

— Однако последнее поколение… — продолжил отец.

Мудрость и сама обо всем догадалась:

— А в последнем поколении вы родили только меня одну. Она была очень умным ребенком, и у нее уже были некоторые обязанности.

— Звезды — ужасные упрямцы, — сказал отец. — Нашим астрономам потребовалось много веков, чтобы разгадать внутренний механизм, который заставлял наше солнце дышать и пульсировать. Но эта разгадка им мало чем помогла. То есть они прекрасно разобрались, почему пульсация происходит. Но сколько ни бились теоретики, сколько ни выдумывали хитроумных и замысловатых решений, они все равно не смогли отыскать убедительного ответа на вопрос, почему пульсация звезды прекратилась.

Родители дали Мудрости время, чтобы обдумать их слова.

— Ох, — наконец сказала Мудрость. — Кто-то сделал это преднамеренно. Все произошло не само собой. Кто-то это сделал! — Она сама испугалась своих слов. — Но почему? — повторяла она. — Почему кому-то понадобилось совершить такое ужасное дело?

— Мы не знаем, — честно сознался отец. — Об этом мы даже не догадываемся. Но мы пытались узнать. И именно в это время ты появилась на свет.

— На многих островах планеты были установлены станции прослушивания космоса. Рядом с ними расположены целые полчища телескопов, чувствительных не только к свету, но и к радиоволнам и другим частям волнового спектра. Сюда же входят детекторы нейтрино, детекторы гравитационных волн и другие, еще более экзотические искусственные ловушки и датчики.

— Мы тоже хотим знать, кто это сделал, — горько сказал отец, — и зачем. И поэтому мы слушаем космос. Но скоро наше время истечет. И на планете останешься только ты…

— Но меня же зовут Мудрость!..

Родители ее обняли, похлопали по животику и по всем шести ластам — в точности так же, как в детстве.

— Ты должна заботиться обо всех этих машинах, — горько продолжал отец. — Ты должна слушать. И видеть, как мы один за другим сойдем во тьму.

— Вы хотите, чтобы я страдала! — с горечью воскликнула Мудрость. — Что же еще вы от меня хотите? Я останусь последней из моего рода, без всякой надежды произвести потомство. Все мои предшественники оказались в сходной ситуации. Вы хотите, чтобы я испытала ту самую жуткую безнадежность, от которой вы уберегли нерожденных! Вы хотите, чтобы мне стало очень больно, не так ли?

Мать Мудрости была очень огорчена.

— О дитя мое! — сказала она. — Если бы я могла разделить эту ношу с тобой, я бы разделила!

Для Мудрости это не имело значения, сердце ее ожесточилось. До самой смерти своих родителей она затаила на них обиду и всячески их избегала.

Но однажды пришел день, когда она осталась совершенно одна.

А затем с Земли был получен сигнал.

Аристотель, Фалес и Афина, беглые интеллекты с Земли, научились разговаривать с Мудростью. И постепенно узнали судьбу ее племени.

Пульсация Проциона прекратилась слишком быстро, чтобы земные астрономы смогли ее заметить. Однако Аристотель и прочие интеллекты уже сталкивались с подобным феноменом на гораздо более знаменитой звезде, на Полярной, альфе Малой Медведицы. Драматическое прекращение пульсации Полярной звезды началось где-то около 1945 года.

— «Но я постоянен, как северная звезда, — процитировал Аристотель. — Так же привержен правде и нерушимому качеству. В небесах нет другого, подобного мне». Шекспир.