В полной тишине продолжало раздаваться тихое застенчивое звяканье. В темноте кто-то возился, шуршал, обыденно зевнул, потом донеслось хныканье. Обычно так хнычут и ворчат щенки. Там собака со щенками, понял Бен. Она и цапнуть может. Он осторожно попятился задом вперед. Общее направление он помнил, да и не надо быть спелеологом, чтобы убраться от странных звуков подальше. Бен проклял свою безумную затею. А если бы он в яму свалился? Он успел развернуться и отползти на пару метров и очень вовремя. Над ним загрохотало, и возникла колкая световая линия: люк открывали! Угораздило же его оказаться прямо под ним. Если бы он не стал вовремя пятиться, то открывавший непременно бы его засек. Бен едва успел убраться в темноту и замер, успокаивая рвущееся из груди дыхание. Люк с тяжелым стуком был откинут, и вниз упал сноп света.

Вниз неряшливо свалилась пара ног, одетые в ватные штаны и дырявые шерстяные носки с одним пальцем. Кривоногов, сопя слез, в результате чего Бен чуть не погорел. Петька держал керосиновую лампу, и свет достал до спрятавшегося. Однако Петьке не было никакого дела до Бена. Опустившись на корточки, он пополз вглубь подпола.

Бен последовал за ним, едва справляясь с тошнотой. Кривоногов шумно играл газами и, судя по ним, ел сильнодействующие продукты типа чеснока и кислой капусты.

Снова раздалось звяканье. Петька остановился и сказал:

— Чего шумишь, тварь? Соскучилась?

В ответ раздалось поскуливание. Он закрывал обзор, и Бен быстро пополз вбок, при этом явно поторопился, руки потеряли опору, и, несмотря на все усилия, ему не удалось удержать равновесия. Шум привлек внимание Кривоногова, с криком "Кто здесь?" он направил фонарь назад. Бен оказался в яме, скорее всего вырытой под хранение овощей, а потом благополучно забытой. Он вжался в дно, стараясь не дышать. Луч прошел над ним и Кривоногов ничего не заметил.

— Крысы, твари! — ругнулся он. — Чего не ловишь? Чем не еда?

Опять стало темно. Бен осторожно высунул голову, и ему показалось, что он видит нечто ненатуральное, некую сцену из авангардистского спектакля с сумасшедшими актерами. Ощущение усиливало неестественное освещение, выхватывающее из мрака дикую мизансцену.

Кривоногов с поднятой над головой лампой застыл на краю ямы размером метра три на два. На дне ямы дрожала старуха с космами седых волос до пят, голая и худющая как скелет. Толстая собачья цепь приковывала старуху к крюку, вбитому в землю.

На шее старухи был металлический ошейник.

— Пить! — жалобно протянула старуха.

— Это можно, — благодушно согласился Кривоногов.

Он расстегнул ватные штаны и стал шумно, словно лошадь мочиться на пленницу.

Старуха ловила единственно доступную ей влагу жадно открытым ртом, в котором не уцелело ни одного зуба. "Это же Вера Хан"! — внезапно понял Бен. Вот оно жутчайшее продолжение всей истории. Он уже ничего не соображал от гнева. Поэтому когда Петька засмеялся над мечущейся внизу женщиной, Бен вылетел из своей ямы и врезался извергу в спину.

Кривоногов сказался скользким типом в прямом смысле. Спасаясь от нападения, он инстинктивно пригнулся, Бен проскользил по промасленному ватнику, воняющему тухлой овчиной, и едва не пролетел мимо, но успел ухватиться за края одежды мучителя, увлекая всей массой вниз.

Они оба сверзились в яму. Кривоногов, скотина, упал сверху, но не надолго. Он был намного легче Бена, посему Бен его сбросил и с ненавистью ударил кулаком в глаз. Петька взвыл, Бен поднял его за шкирку и воткнул лицом в земляную стенку, забив сырой землей рот.

Помощь извергу пришла, откуда не ждали. Вера кинулась на Бена сзади. Он легко сбросил ее невесомые ручки, но при этом цепь захлестнула шею. Поэтому когда старуха упала, она потянула Бена за собой. Он всхрапнул, задыхаясь, и повалился на старушку, едва не придавив несчастную.

Кривоногов воспользовался моментом и, растопырив выпачканные в земле руки, полетел на него словно сокол подземный, намереваясь по лагерной привычке выдавить глаза обидчику. Бен с наслаждение ударил его ногой в лицо. Кривоногов, подвывая, словно дьякон, ползал кругами по земле.

Бен приподнялся, чтобы освободить старушку. Та в ужасе вжалась в угол, тряслась и выла в голос. Напрасно Бен старался успокоить ее. Из-за шума Бен и опростоволосился. Краем глаза он уловил движение в темноте и поднял руки, намереваясь защититься, но до конца осуществить маневр не успел.

Словно весь дом обрушился на него. В голове зазвенело на все лады. Ему чудилось, что он все же успел закрыться от удара. Он возликовал, насколько он силен и ловок, единственно чего он не понимал, почему земля больно давит на лицо, ведь он же стоит, выпрямившись во весь рост, вокруг светло, а рядом на цепи сидит не старуха, а роскошная девушка с льняными волосами, это Вера Хан.