— Я заплачу. Только я не хочу уезжать из города. Ты же знаешь, что с моим сыном.

Хоть я и в разводе, но я его не брошу.

— Это не разумно. Конечно, не пожелаю никому, что случилось с твоим сыном, но это все исправимо. Я думаю, что с возрастом он выправится. Наш род крепкий и еще не было случая, чтобы мы сдавались без боя. Это образное выражение! — поднял палец Сева. — Ты сможешь помогать Артему на расстоянии. Тебе для этого даже не придется посылать денежки, по которым тебя сразу вычислят твои враги. Оставишь для начала деньги мне, и я их частями через тех же совершенно посторонних людей буду передавать твоему сыну. За это даже не придется платить. Они ненамного увеличат взнос за документы и все.

— Я тебе еще не все сказал. Дело в том, что я собирался оплатить лечение Артема в Эссенской клинике у профессора Хузенцвегера и для этого отложил почти все свои деньги на депозит в АМБ. Теперь оказалось, что я не могу их снять, потому что меня там пасут косари. Есть единственный способ их оттуда снять, это поступить в фирму «Роса», у которой имеется свободный доступ в банк.

В ответ на его слова в глазах Севы мелькнул суеверный испуг.

— Надо же. Не верь после этого в судьбу.

— А что случилось?

— Не поверишь, но буквально на днях открылась вакансия в «Росе». Свят, свят.

Ответственно могу тебе заявить, что это решительно не наш случай. Нам это не подойдет.

— С чего ты так решил? Говори, а уж я сам буду решать.

— Я говорю, не подойдет, значит, не подойдет!

В привычках Севы было ломаться. Он считал себя старше Бена и старался вести себя соответственно: защищал и покровительствовал. Сопротивление всегда легко преодолевалось, но не в этот раз. Сева трясся, заикался, что бывало лишь при самом сильном не наигранном волнении. Бен несколько раз вставал и делал вид, что уходит, угрожая, что обратится к другим людям. Совершенно посторонним.

— Д-дурак! Против «косарей» тебе здесь ник-к-кто не поможет кроме меня. Н-никто даже связываться не будет. Т-тебя просто сдадут, так и знай, — кричал Сева вдогонку.

Бен дошел до входной двери, потом вернулся и спросил:

— Успокоился? Сева, мне очень нужна эта должность. Ты же знаешь, для Артемки Эссен это единственный шанс.

— Пойми, дурья башка, я эту должность специально держал для клиента. Чтобы и от врага избавиться, и деньги с него слупить за его же собственную погибель. И что же теперь получается? Я своего подставлю? Что-то нечисто с этой фирмой.

Заместитель директора внезапно умер, и даже я не смог выяснить никаких подробностей. Со мной никто не захотел говорить даже за очень солидные деньги.

Вакуум.

— Мне нужна работа в «Росе», и я готов рискнуть, чтобы добраться до своих денег.

— Деньги можно заработать иным путем, — осторожно предложил Сева. — Те же самые совершенно посторонние люди готовы приплатить тебе, если ты сольешь им компромат на руководителей "Кайсара".

— Вряд ли это будет безопаснее вакансии в «Росе». Косари в таком случае меня из-под земли достанут. Начальником у них Транквилевский под кличкой Борман. Внешне он напоминает неандертальца, и ему не составляет труда сломать подозреваемому пару пальцев на допросе, чтобы добиться нужных признаний.

— Господи, во что ты ввязался! — застонал Сева.

— Пока еще ни во что, — поспешил успокоить Бен. — Даю слово, что в «Росе» я буду сидеть тише запеченного в духовке утенка под шоколадным соусом. Я трус, у меня нюх на все эти дела. Запахнет жаренным, и я сразу линяю. Даю слово, что из города.

— Если успеешь.

— Из «Кайсара» же успел.

Сева еще поворчал, успокаиваясь.

— Имя менять будешь? — перешел он на деловой тон.

— Только фамилию.

— Так и знал. Большинство оставляют себе настоящее имя. Ты заметил, что к фамилии у всех довольно прохладное отношение? Нет, на словах, конечно, все говорят: вот какая славная фамилия! Не позорь свою фамилию! Но на самом деле фамилия используется довольно редко. Разве что в официальных случаях. Подсудимый Иванов!

Это образное выражение! И не совсем удачное. Присутствующих не касается. Чур меня, чур.

Сева подошел к древнему комоду, покопавшись, вынул стопку паспортов.

— Фотографию принес? Нет? Приходите как в магазин. У меня тут не фотоателье!

Ладно, давай старый паспорт, все равно он тебе больше не понадобится.

Взяв паспорт у Бена, он несколькими резкими чирками ножниц высек из него фотографию.

— Осторожнее! — невольно вскрикнул Бен, видя, как Сева небрежно макает ее в клей.

— Бойтесь подделки! — дурашливо воскликнул Сева и шлепнул фотку в новый бланк. — Поздравляю вас с совершеннолетием. Вы получаете свой паспорт полноценного гражданина. Можете избирать и быть избранным.

— Не заметут меня с таким то сокровищем? — опасливо поинтересовался Бен.

— Постовые нет. Прописка настоящая. Все настоящее. Но при тщательном исследовании, конечно, узнают, что это фуфло. Как вас там? — он заглянул внутрь. — Господин Магерамов!

— Ни фига себе фамилия! Не могли с подходящим имечком попасться! — вырвалось у Бена.