Если бы Бен оказался парой ступеней выше, его голова оказалась бы на линии огня.

Но так повезло. Где на четвереньках, где даже на ногах, Бен покорил лестницу, которая разом угомонилась и оказалась абсолютно целой, не считая пары закопченных пролетов.

Девушка была внизу, не догадавшись ретироваться наружу, и не очень верила, что это Бен собственной персоной. Они поскорее покинули место преступления и, затерявшись в толпе зевак, ушли со двора. Мимо них проехал знакомый фургон "Хлеб".

— Не может быть! — вырвалось у Бена.

— Это они. Я номера запомнила-12-34,-возбужденно проговорила девушка. — Нас подставили!

Жора терпеливо ждал их в условленном месте. Бен предупредил Полину строго настрого, чтобы проявляла к деду максимум доброжелательности и не вздумала сразу вцепляться когтями в рожу. Он сказал Жоре адрес, куда зашел незнакомец, и то, что тот, скорее всего, погиб при пожаре. Жора посумрачнел лицом, а потом вдруг пошел прочь. Бен был не гордый и напомнил про деньги.

— Ах, деньги! — спохватился пенсионер и честно заплатил.

Бен не забыл и насчет жилья, тот тоже не сопротивлялся, хоть и бурчал, что «Асторию» не обещает. Бена покоробило, что он привел их в точную копию только что взорванной квартиры. На балкончике отдыхала пара голубей, дед только зыркнул на них, и те сразу поняв беспочвенность территориальных притязаний, с шумом взмыли ввысь. Невозмутимый Жора остановил взгляд на нескольких потерянных воспаривших перьях. После известия о происшествии он выглядел удрученным.

— Ванна! — взвизгнула Полина.

Бен крикнул, что он первый, так как девушка имела обыкновение плескаться по часу.

Одновременно раздеваясь, они застряли в дверях, потом полезли в узкую ванную.

Бену не удалось выпихнуть девушку и ему пришлось смириться, что мыться придется на пару. Отмокая, он тихо поинтересовался у Полины, не находит ли она странным поведение деда, узнавшем о якобы кончине мужчины, за которым он же сам и велел следить.

— Ясное дело подельщик! — безапелляционно заявила девушка. — Они заодно, неужели непонятно. Не поделили денежки, он и решил подстраховаться, нас нанял. Сам идти не мог, потому что тот его бы сразу узнал.

В своих предположениях Бен пошел еще дальше. Он подумал, а что если наводку, по которой шел незнакомец, давал сам Жора, а их заставил контролировать, чтобы подельщик не вздумал увильнуть от "заказа".

— Надо потолковать с дедом по-мужски, — героически предложила девушка. — Ты его отвлечешь, а я стукну по яйцам.

Бен сомневался, все-таки старый человек не заслуживал столь радикальных мер.

— У него может быть оружие, — не отставала Полина.

Бен согласился, что руки связать не помешает. Они договорились, что он аккуратно придержит дедка, пока девушка найдет веревку. В успехе Бен не сомневался, весил он едва ли меньше пенсионера, к тому же лучшие годы соперника были позади. Они вытерли друг друга полотенцем и вышли, где нашли деда по-прежнему стоящим у окна.

Бен незаметно кивнул девушке, и она скрылась в направлении кухни. Бен прокрался к деду и схватил его за руки. Старик медленно повернул голову, показав недоуменно вздернутую кустистую бровь. Бен был уверен, что больше пенсионер не пошевелил ни одним мускулом, но видно что-то важное все-таки пропустил. В следующее мгновение в голове его громко задребезжало, и сама она имела сильную потребность распасться надвое. Очень кстати припомнилась ключевая фраза из какой-то книжной драки "Он попался на обыкновенный поворот книзу. Правда, из той позиции, из какой его никто и никогда не наносил". Фигура Жоры стремительно росла кверху, и не менее стремительно к лицу Бена приближался пол, увернуться от которого у него не было ни единого шанса.

Пришел он в себя на диване, под головой жестко.

— Вервие, дочка принесла, — пояснил Жора без интонаций. — Нехорошо, сынок, на людей так кидаться. Кость у меня старая, а если б сломал. Тебе повезло, что кулаки у меня большие, плотницкие, давление равномерное, так что никакого урона тебе, — он приблизил к глазам Бена правый кулачище, показавшийся тому огромным, и вместе с тем возник законный вопрос, как его угораздило связаться с этаким коновалом и еще рассчитывать на удачу, а еще он заметил, что на пальцах представленного на обозрение кулака нет ни одного ногтя: вырваны с корнем, чувствовалось бурное прошлое. — Ну, что, оклемался, сынок? Вставай, вечерять будем.

Хоть говорил Жора как всегда без интонаций, но что-то было в его голосе вызывающее доверие, неагрессивное, так что Бен, кичившийся своим возрастом и терпеть не могущий фамильярности, даже не заметил, что его назвали обидным словом «сынок». Какой уж сынок, седой весь, а тут не обиделся. Много позже, он понял почему.

— Следить за подонками я начал давно, — начал Жора свой рассказ, но был некультурно перебит нетерпеливой девушкой.

— С какой стати вы вообще стали за кем-то шпионить?