– Ну, улет! – одобрил Генерал и глотнул из кружки реального пива. – И ты можешь любого туда, – он указал на экран, – запузырить?

– Натюрлих! – ответил за Продюсера Префект. – Двадцать первый век! Компьютер – он и «фатер», он и «мутер»! Верно рифмую, пан Директор?

– В общем, да! – неуверенно сказал Директор и повернулся к Режиссеру: – Вы поняли идею, маэстро?

Режиссер не ответил. Отрешенно смотрел на экран.

– Наш коопродюсер… господин Браун предлагает нарезать отснятый материал на клипы… – Директор достал счетную машинку. – Отснято полторы тысячи метров… Если нарезать по сто… сто пятьдесят… – защелкал машинкой… – Получаются… хорошие деньги… На них можно отснять оставшуюся часть фильма…

– И по новой нарезать! – радостно добавил Префект.

– Кого нарезать?! – ошалело спросил Режиссер. – Зачем нарезать?

– Чтоб выпускать в кассетах! – пояснил Директор. – Если вы, маэстро, конечно, согласны…

– Я? А при чем здесь я? Я вообще не нужен! Без меня берут мое лицо, голос… Спаривают с кем хотят!

– На все есть авторское право… За это он готов платить! – заметил Директор. – «Копи райт, копи райт – кого хочешь, выбирайт!»

Режиссер тупо посмотрел на Директора, потом вдруг зло произнес:

– Хорошо! Но – в банке!..

– Найн проблем! – кивнул Браун. – «Дойчбанк»? «Сити-банк»?

– В банке с пивом!! – крикнул Режиссер. – Чтоб открыли, а оттуда я с голыми бабами!..

Наступила пауза.

– Улет! – ахнул Генерал. – И такое, оказывается, можно?!

Никто не успел ему ответить. Дверь «блиндажа» распахнулась, и влетел взволнованный Майор.

– Товарищ Генерал! – закричал он. – На острове «ЧП»! Террорист!!!

Звучала тревожная музыка.

Во дворе крепости замелькали фонари и факелы. Испуганные обитатели острова бежали к центральному дворику, где были сколоченны высокий помост и виселица. Выскочившие из «блиндажа» смешались с толпой.

Взволнованный Майор докладывал на бегу Генералу:

– Псих какой-то, товарищ Генерал! Обмотал себя взрывчаткой и грозится рвануть, сука!

– Откуда взрывчатка? – рявкнул Генерал.

– Так на рыбалку ж летели… – пробормотал Майор. – Думал – вдруг клева не будет?..

– Ну, Майор! – задохнулся Генерал. – Это тебе будет чревато!..

Они протиснулись во двор.

На помосте в лучах прожекторов стоял Музыкант, обвешанный пакетами. В руках он держал гранату и пачку бумаг.

– Князь! – закричал Директор. – Слазь! Я кому сказал… Князь!

– Перестаньте рифмовать, черт вас подери! – Режиссер зажал Директору рот… – Всем молчать! Говорите, Музыкант! Ваши условия!

Толпа смолкла.

– Я ничего особенного не прошу… – тихо сказал Музыкант. – Я хочу, чтоб прозвучала моя музыка… Я написал для финала… Апофеоз! Это – опера…

– Хорошо! – сказал Режиссер. – Оркестранты, возьмите ноты!

«Слепые» музыканты стали робко протискиваться к помосту, Музыкант кинул им пачку бумаг.

– Надо, чтоб все участвовали! – сказал Музыкант. – Я иду по сценарию… Это ведь и ваш замысел…

– Договорились! – сказал Режиссер. – «Финал». Дубль первый!

Он снял пиджак и оказался в белоснежной рубахе, в которой преступников обычно ведут на казнь.

– Не пущу! – повис на Режиссере Директор, но Мэкки – а это был уже Мэкки – оттолкнул его и решительно направился к эшафоту…

Его хватали за руки нищие и бродяги, пытались что-то говорить любившие его женщины, но он отшучивался и решительно продвигался к помосту…

Легко вспрыгнул.

Подошел к петле.

Встал на лавку.

Сунул голову в петлю…

– Что дальше? – спросил он у Музыканта. – Командуйте!

– Это вы командуйте! – тихо сказал Музыкант. – Вы – режиссер. Я умею только дирижировать…

– Я те подирижирую! Брось гранату, сука! – крикнул Майор, но Генерал заткнул ему рот ладонью…

– Всем приготовиться к съемке! – скомандовал Режиссер. – Надеть парики и костюмы… У нас – восемнадцатый век!

– Правильно! – тихо сказал Музыкант.

– И пусть пойдет снег. Это – важно! Ведь все случилось под Новый год!

– Совсем охренел! – тихо изумился Генерал. – Какой снег в августе?

– Это как раз «ноу проблем»! – сказал Директор. – Чего-чего, а снега у нас по дешевке всегда достать можно…

– Пошел снег! – крикнул Режиссер.

Завыли ветродуи, на двор посыпался и начал кружить белый снег…

Толпа нищих начала поспешно переодеваться в камзолы и парики…

– Ну, улет! – похвалил Генерал…

– Свет на меня! – скомандовал Режиссер.