Если бы женщины меньше времени обсуждали самих себя, свои отношения с мужчинами, своих детей, своих родителей и переживания своих самых лучших семи подруг, у них было бы меньше проблем.

Мужчины отстраняются от нежелательных чувств. Женщины смакуют их. Да, они при этом принимают ванну при свечах и слушают песни, которые все только усугубляют. Но они делают музыку громче, заводят снова и снова.

Вот моя персональная «горячая четверка» песен, которые женщины в фазе душевного расстройства не должны слушать ни в коем случае. Все четыре – замечательные и добросовестно мною опробованы.

Обожаемый номер один, и это может быть только: Р.Келли с «When a woman's fed up». [50]

Она застала меня врасплох, в машине, субботним утром по дороге к продуктовому отделу магазина Карштадт-Эппендорф.

Представь себе: начинается безобидно, может, совсем немного тревожно, но ты пока не предвидишь ничего плохого. Делаешь чуть громче. Что-то нежно трогает твое сердце, у тебя появляется чувство какого-то ожидания, надежды. И, наконец, оно настигает тебя. Чувствовалось, что к этому идет, но все-таки вдруг:

Говорю вам, мне пришлось съехать на обочину, потому что песня потрясла меня до самой глубины.

Номер два – песня Бой Джорджа. Я нашла ее совершенно случайно на каком-то CD, где, кроме нее, ничего стоящего не было. Называется «If could fly» [52] и начинается бойскаутской гитарой, она звучит долго и печально. А потом тихий прекрасный голос поет прямо в сердце и заставляет завидовать всем влюбленным, которым эта песня напоминает друг о друге. А остальных она просто вырубает.

Номер три – божественная Мэрайя Кэри. Нет ни одного сердца, давшего трещину, которое не разбилось бы на мелкие кусочки при звуках «Му all». По крайней мере, на отметке индикатора 2:54 мин. Это финальный припев, и слезы так и текут:

Номер четыре – группа Гласхаус с песней «Если это любовь». Эта песня – горе от любви. Чувствуешь себя так, будто тебя только что бросили, даже если ты только что вышла замуж.

К сожалению, и эту проклятую песню я знаю наизусть. Вот она начала крутиться у меня в голове, и теперь все станет еще хуже.

Как раз про меня. Я понятия не имею, где буду сегодня ночевать. А завтра? Завтра мой день рождения. Пробуждение – в случае если я вообще засну – будет ужасным. Этот короткий миг, несколько благословенных секунд, когда ты еще не знаешь, кто ты, где ты и в какой жизни проснешься. Ты можешь оказаться юной или старой, может стоять лето или вечная весна. Все даже может быть хорошо. А потом тебе в голову снова приходит:

Все, проехали. Времена инсценированного самобичевания, оргии печали в ванной при свечах прошли. Плеер в моей голове играет уже Р.Келли в дуэте с Бой Джоржем, а мое разбитое сердце освещено свечами, но я распрямляю плечи, разглаживаю складки у моей складчатой собаки, макаю в икру блины и пытаюсь держаться на своем раскладном стуле как королева на троне.

Теперь отвлечься! Если не получится, я всегда смогу еще глубже погрузиться в свои печали. Уж это удастся в любом случае.

Мое время в «Занзибаре» заканчивается. С половины девятого зарезервирован даже мой раскладной стул. Как будто такое вообще можно резервировать…

Выпила только половину бутылки шампанского. Допью на пляже, послушаю кассету Бурги, и пусть мне станет действительно плохо.

Нет, вытеснять одно другим – не для меня. Отстранение – тоже не то. Хмуро гляжу в тарелку из-под икры. Неестественно красное вечернее небо – как кич, как фотомонтаж.

Ну и отлично. Вокруг меня сплошная рекламная открытка курорта Силт, а внутри меня сплошной дождливый ноябрьский день в каком-нибудь румынском индустриальном районе.