«Приехали на час раньше, чем нужно, она так торопилась в аэропорт, словно не могла дышать рядом с нами, ходить по одной земле. Искала сына через русских туристов? Ирина?! Это трогательная история для того, чтобы внушить Эви жалость, я уверена, больше ни для чего. Ничего она не искала, кроме завещания в свою пользу, и я уверена, сейчас снова объясняет сыну, что не может уехать из Греции, пока не найдет его. Ей кажется, что оно обязательно обнаружится, и тогда она должна быть рядом, чтобы ее снова не ограбили. Вот кто был бы счастлив, если бы Афина оказалась за решеткой! Но я дала слово. Сядет Афина – сядут дети Матильды. Нельзя же допустить, чтобы она пожертвовала собой зря!»

– Идем. – Андрей хлопнул дверцей машины и, подхватив девушку под руку, так быстро потащил ее к дверям аэропорта, что та споткнулась на пороге. – Перехватим чего-нибудь в буфете.

– Я ногу из-за тебя подвернула! – вырвалась она уже в зале и невольно оглянулась. Красный «Пежо» поспешно отъезжал от бровки тротуара, изрисованного разметкой. Взвизгнул клаксон, машина с трудом разминулась с маршрутным такси и на большой скорости умчалась прочь. – Куда ты меня тащишь? До регистрации чуть не час!

– Ну и отлично! – бросил парень, раздраженно взглянув на часы. – Хватит времени, чтобы придумать легенду для бабули. Можешь помогать. Почему она с нами не поехала?

– Ухаживает за могилкой мужа, – не подумав, брякнула Таня но, увидев расширенные от изумления глаза Андрея, виновато улыбнулась: – Прости, я не хотела этим шутить, так сказалось.

– Ухаживает за могилой... – задумчиво протянул тот, словно пробуя слова на вкус. – Знаешь, это может сработать. Бабуля очень уважает такие вещи. Хорошо, что хоть с письмами врать не придется. Скажу, что их воровала из ящика соседка-вредительница. Главное, могу с чистой совестью сообщить, что она здорова и отлично проживет без нас.

Андрей нервно хохотнул, и девушка внимательно на него взглянула. Под ее взглядом он сразу посерьезнел и добавил уже без улыбки:

– На самом деле, теперь мне будет куда легче. По крайней мере, точно знаю, что я ей не нужен. Все же не зря съездил и две пули схлопотал!

И так как Таня промолчала, боясь затрагивать скользкую тему, осторожно добавил:

– Ты уверена, что ничего не хочешь мне рассказать? Кто подставил мать? Кому я обязан этим путешествием?

– А почему ты уверен, что я это знаю? – уклончиво ответила девушка.

– О чем же ты вчера три часа совещалась с Матильдой?

– Это касается только нас двоих. – Таня отвернулась, разглядывая магазины беспошлинной торговли за турникетами «зеленой линии».

Вчера ей уже пришлось выдержать бурную атаку Эви. Женщина, окончательно сбитая с толку скоропостижным арестом старой приятельницы, была справедливо убеждена, что Таня знает всю правду и своим молчанием покрывает настоящего преступника. Тане не раз хотелось выкрикнуть ей в лицо, что так оно и есть, и будь Эви хоть немного наблюдательней, она бы без труда сообразила, кто на самом деле должен отправиться за решетку! Но она выдержала характер и промолчала, вспоминая данное Матильде слово. Сама Таня считала, что хозяйка «Солнца Мармари» делает страшную ошибку, но спорить с нею было поздно. Посетителей к ней не пускали. Выпущенная на волю Ирина бросилась на шею своему психоаналитику и, лишь прорыдав в объятьях у Эви битых десять минут, обратила внимание на невысокого худого парня с голубыми глазами, смущенно стоявшего рядом.

– Как ты сюда попал? – спросила она, изумленно оглядывая Андрея с ног до головы, словно проверяя, все ли части тела у сына в наличии. – Что это за бинты?

Узнав, что под бинтами скрываются огнестрельные раны, Ирина нахмурилась, словно сын сообщил, что болен опасной заразной болезнью. Она уже совершенно взяла себя в руки и, как отмечала Таня, проникалась все большим самообладанием, граничащим с настоящей холодностью. Эви была шокирована ее реакцией, Таня старалась не выдать возмущения, Андрей же держался так, словно был в чем-то виноват перед матерью, и старался не встречаться с нею взглядом. Опомнившись от удивления, Эви на свой страх и риск развила бурную деятельность. Она привезла всех в Афины, устроила в трехзвездочном отеле в самом центре, заказала ужин в ресторане и за столом первая подняла бокал и предложила выпить за счастливый конец этой странной истории.

– Правда, я не понимаю, при чем тут Матильда, но Таня мне это объяснит! – кивнула она в сторону девушки. Та опустила глаза в тарелку и сделала вид, что поглощена едой, хотя ей кусок в горло не лез.

Впрочем, аппетита не было ни у кого. Спустя несколько минут выяснилось, что Эви поторопилась праздновать воссоединение матери и сына. Как только Ирина поняла, что ее тоже провожают на родину, она встала на дыбы и решительно заявила, что уж теперь-то ни за что не покинет Греции!

– Раньше я была не уверена, что завещание в мою пользу есть, а теперь никаких сомнений не осталось! – торжествующе воскликнула она. – Видели, как от меня хотели избавиться? Это все Афина, ее штучки. Я уверена! О, это страшная женщина, вы ее не знаете так, как я! Где-то есть завещание в мою пользу, а она не может до него добраться, потому решила расправиться со мной! Справедливость еще восторжествует, а этой твари самое место в тюрьме, среди уголовников!

Таня молчаливо согласилась с нею, однако вслух своего мнения не высказала. Андрей наконец собрался с духом и заговорил. Он неловко попытался выразить мысль, что матери, конечно, лучше жить там, где она уже привыкла, и закончил свою речь просьбой хотя бы ненадолго приехать в Москву.

– В гости, – уточнил он и, снова впав в извиняющийся тон, добавил: – Это для бабушки. Она уже в таком возрасте, понимаешь...

– Обязательно приеду, – заверила его мать, заметно переменившись в лице. – Только не надо сцен, ради бога! Но сперва мне нужно закончить мои дела с наследством. Приехать в гости сейчас! – фыркнула она, поднося к губам бокал. – Я не могу себе позволить купить лишнюю пару туфель!