Другого не дано.

Аргус поднялся с кресла, поправил пиджак и, тяжело вздохнув, вымолвил:

– Мне нужно идти. Необходимо срочно передать твой доклад Совету. Кроме того, придется форсировать подготовку штурмовой операции. Промедление равносильно гибели.

Через пару минут старик в сопровождении помощников покинул здание. Маховик тайной войны между Тасконой и Аланом стремительно раскручивался. Великий Координатор переступил последнюю черту. Ради власти и личных амбиций он предал интересы человечества. Подобному преступлению нет оправдания. Тиран должен умереть!

Какова общая обстановка на Алане русич плохо представлял. Да и если честно, его сейчас это мало интересовало. Хозяева дома тактично удалились из гостиной, и Олесь с Жаком, наконец, смогли пообщаться наедине. Друзья проговорили почти пять часов. Прежде всего, Храбров спросил об Олис. Роды, к счастью, прошли без осложнений, и примерно два месяца назад землянин стал отцом крепкого здорового мальчика. Несмотря на слабость, русич на радостях осушил большой бокал вина.

Сам француз ребенка не видел. Он легализовался в Менске спустя декаду после старта эскадры, а до этого работал на космических базах. Об остальных членах группы де Креньян имел лишь отрывочные сведения. Линда и Вилл тоже находились на Алане, но пока пути товарищей не пересекались. О своей деятельности в городе маркиз не распространялся. Данная тема считалась закрытой, и разведчики неукоснительно соблюдали установленные правила. Гораздо больше Жак рассказывал о планете и ее жителях. Эта информация Олесю наверняка пригодится.

Земляне болтали до середины ночи. В конце концов, француз лег спать на диване, а Храбров поднялся в свою комнату. День, начавшийся с бегства с «Бригита» и тянувшийся часов сорок, благополучно завершился. Счастливый итог опаснейшей экспедиции. Однако впереди русича ждали не менее сложные испытания. Противостояние с Великим Координатором достигло апогея. И неизвестно кто в нем победит. В любом случае на карту поставлена судьба всей человеческой расы.

С интересом рассматривая красочные витрины, Олесь не спеша двигался по широкому тротуару. Роскошная одежда разнообразных фасонов, украшения из золота и драгоценных камней, изящная, выполненная под старину, мебель, тысячи новейших бытовых приборов. На этой улице можно было приобрести все, что угодно. Разумеется, при наличии соответствующих сумм на банковском счете. Богатый квартал многомиллионного Чанкока.

Время Храброва не поджимало, и он знакомился с городом. Заодно не мешало проверить «хвост». Пока, слава богу, землянин слежки за собой еще не замечал. Периодически останавливаясь, Олесь внимательно разглядывал в отражении стекол проходивших мимо аланцев. Ничего подозрительного.

Впрочем, в службе безопасности болванов не держат. Если за русичем ведется наблюдение, то наверняка с большого расстояния и с применением технических средств.

На часах четырнадцать десять. Пора идти на встречу со связником. Именно у него Храбров должен получить явки и необходимые инструкции. Олесь спустился в подземный переход, встал на двигающуюся дорожку и без приключений доехал до нужного места. Три десятка ступеней наверх и русич оказался в маленьком уютном сквере. Высокие развесистые деревья, густые кустарники, аккуратно подстриженная трава, чистые желтоватые аллеи.

Пройдя метров сто, Храбров устроился на темно-синей пластиковой скамье и достал заранее приготовленный журнал. Обычное красочное иллюстрированное издание с огромным количеством голографических снимков и минимумом текста. Эффектные полуобнаженные модели, сверкающие электромобили, покачивающиеся на волнах белоснежные яхты. Стандартная атрибутика роскошной жизни.

С того момента, как землянин прилетел на космодром Менска, минуло полторы декады. Пятнадцать дней Олесь не покидал дом Холвилов. С помощью специальной компьютерной программы русич изучал Алан. Новейшая тасконская обучающая разработка. Храбров надевал шлем и перчатки и отправлялся в виртуальное путешествие по крупнейшим городам планеты. Он передвигался на машинах, эскалаторах, беседовал с полицейскими и продавцами, делал покупки и посещал бары и рестораны. Реалистичность мира была абсолютной.

Постепенно программа усложнялась, в нее вносились различные бытовые ситуации, из которых Олесю предстояло выпутаться. Таким образом, русич приобретал навыки и знания коренного жителя Алана. Только слившись воедино с местным населением можно избежать ареста. Каждое слово, каждый жест, каждый шаг отрабатывался до автоматизма.

Особо надо сказать о голографе. По вечерам Холвилы смотрели новости и какие-то фильмы. О последних говорить не имеет смысла, в данной области Храбров не разбирался, а вот информационные выпуски землянина заинтриговали. Судя по репортажам, Алан представлял собой рай для ангелов. Ни преступлений, ни катастроф, ни стихийных бедствий. Полная идиллия.

Лишь иногда диктор вскользь упоминал о колонизации Тасконы. Немногочисленные жертвы, радостные лица аборигенов, увидевших на склоне лет зарю цивилизации, и десятки единиц бронетехники, покоряющие просторы Оливии и Унимы. За полторы декады Олесь ни разу не услышал сообщений об экспедиции в систему Аридана. Эти сведения не для простых граждан. Людям на Алане незачем знать о нападении пришельцев. Пусть живут в счастливом неведении. Увидел, наконец, русич и ежедневные передачи Великого Координатора для посвященных. Они транслировались сразу по всем программам, и переключать кнопки на пульте было совершенно бесполезно. Если честно, зрелище завораживающее. На экране появились два гигантских глаза, речь доносилась откуда-то издалека, вкрадчиво и приглушенно. По телу невольно пробегала нервная дрожь. Слова правителя, словно ядовитые змеи, заползали в душу.