Тристан всю ночь обдумывал их встречу, взвешивая каждый возможный шаг, каждое слово, которое он может позволить, принимая во внимание каждую мелочь. Он должен быть осмотрительным, даже если между ними и возникнет доверие. Сейчас настал тот момент, которого он так долго ждал. Он не может себе позволить никакой ошибки.

Тристан смотрел в спокойные глаза Блекстоука.

– Если мне не удастся получить солидную прибыль от следующей перевозки, я могу потерять свой корабль. Думаю, вы понимаете, Блекстоук, что для меня будет значить потеря «Габриэллы».

– Откуда вы слышали, что мне нужен корабль? Разве я похож на купца?

– Ходят слухи по гавани, Блекстоук. И многие моряки заинтересованы перевозкой грузов.

Блекстоук кивнул и сел за стол.

– Садитесь, капитан, курите?

Тристан покачал головой.

– А что вы скажете, если узнаете, что мои интересы немного противоречат закону? Вас все еще будет интересовать наш разговор?

Тристан склонился вперед, ухмыляясь.

– Я только спрошу у вас, сколько это будет стоить. И больше ничего.

– Вы странный тип, чтобы быть таким хорошим другом старине Финесбери, – продолжал Блекстоук, глядя на него с подозрением.

– Я сразу понимаю, полезна ли мне дружба, как только посмотрю на человека. – Тристан пожал плечами и опять откинулся в кресле, устраивая свою ногу на его ручку.

Неожиданно Блекстоук засмеялся.

– Вы слишком самоуверенны, не так ли?

Ухмылка исчезла с лица Тристана, а глаза потемнели.

– Я самый лучший капитан на всех морях, и у меня есть корабль, который может перевозить все, что угодно. Я раньше не раз рисковал головой, и сделаю это опять. Я не задам вам ни одного вопроса, если вы заплатите мне достаточно, чтобы сохранить «Габриэллу».

– Я не одобряю вашего поведения, Дансинг, – ответил Блекстоук, уже позабыв о своем смехе. – Вы были слишком дружелюбны с женщиной, которая скоро станет моей женой, и вы воспользовались своим знакомством с герцогом. Но… – он закурил трубку, наблюдая за Тристаном сквозь голубой дым, окутавший его. – Думаю, такие люди, как вы, становятся самыми лучшими пиратами.

– Пиратами, лорд? – Тристан удивленно вскинул брови. – Неужели это то, что вы мне предложите?

Блекстоук проигнорировал его вопрос.

– Готовьте ваше судно, Дансинг! Готовьте для пассажиров. Двадцати, а, возможно, тридцати.

– И мой маршрут?

– Константинополь.

– Когда же мы выходим?

– Я очень скоро сообщу вам об этом.

Тристан сдержал свое нетерпение. Он не знал, в Константинополе ли Элла, и даже если она там, он не может найти ее без невольной помощи Блекстоука. Это только первый шаг. Ему придется ждать, пока виконт доверит ему больше информации.

Тристан кивнул в знак согласия и задал вопрос, который от него ожидали:

– А какой доход я могу иметь от этого путешествия, Блекстоук?

– Доход мы, поделим, капитан, и уверяю вас, это будут очень большие деньги, – он улыбнулся. – Вы увидите, я могу быть достаточно щедрым.

Опять Тристан кивнул головой. Чувствуя, что разговор закончен, он встал и подошел к двери библиотеки.

– Я скажу своему первому помощнику, чтобы готовил провизию. До вашего сообщения я останусь в Локсвоз Хаузе. – Он слегка поклонился. – Приятно иметь с вами дело, Блекстоук.

Виконт словно не заметил его слов.

Тристан открыл дверь и вышел в холл. Во рту чувствовался неприятный привкус, и хотелось уйти как можно дальше от Блекстоука. У него было такое чувство, что, если он не сделает этого, то ворвется назад в библиотеку и будет душить Блекстоука до тех пор, пока с его предательских лживых губ не сорвутся слова правды.

И лишь только мягкий шелест юбки, предупреждающий, что кто-то идет по лестнице, остановил его. Он поднял голову с готовностью кивнуть приветственно и идти своей дорогой, но взгляд золотистых глаз остановил его. Гнев и боль в ее глазах боролись друг с другом, но Джасинда силилась скрыть свои чувства.

– Леди Джасинда, – сказал Тристан, и его взгляд упал на платье цвета клубники. – Как великолепно вы сегодня выглядите!

Она не удостоила его ответа.

Как ему хотелось поцеловать ее прошлым вечером. И он поцеловал бы, если бы в дверях неожиданно не появился Блекстоук. Что ему было делать? Сейчас у него в сердце не было места для женщины. Особенно, для этой.

– Я полагаю, вы закончили свои дела с лордом Роджером? – спросила Джасинда прохладным тоном.

Черт! Она великолепна. И горда тоже.