– Стало быть, я действительно маг? – спросил Дима.

– Потенциальный, – ответила Волшебсон. – Как и многие другие.

– А вывеска? – вспомнил Дима. – На вывеске по-русски написано “Медовый лёд”!

– Вывеска – волшебная, – пояснила Ленда. – Ее каждый читает на своем языке. Видел, как переливается? Никакого сложного волшебства там нет. Однако, прочесть ее может только человек, имеющий способности к магии.

Директор взяла со стола журнал в коричневом переплете, полистала его и задумчиво проговорила:

– Стало быть, в четвертый класс… На какое отделение: биологическое, техническое или психологическое?

– Пожалуй, на техническое. Но можно и на психологическое…

Не то, чтобы Дима сильно увлекался психологией, но он вспомнил Надира Магометова, его мечту стать психологом, и внезапно решил, что психология – довольно интересная наука.

– Ты знаешь, что изучают на этих отделениях? – нахмурила брови девушка.

– Нет, – признался Галкин.

– Поспешность выбора при неизвестном решении говорит о недостаточной зрелости. Может быть, тебя поместить в третий класс? Или во второй?

Дима стушевался.

– Ладно. Не потянешь – тогда переведу. Сейчас пойдешь в четвертый Т класс.

– Четвертый Т? – переспросил Галкин. – Да сколько их у вас вообще?

– Три, естественно. Б, П и Т. По числу отделений.

Госпожа Волшебсон задумалась, достала из стола ярко-розовый лист бумаги и начала делать на нем пометки.

– В библиотеке прямо сейчас закажешь учебники на своем родном языке. Они, наверное, будут готовы к вечеру. В канцелярии получишь расписание. Адрес канцелярии по распределителю – К 412. Там же, кстати, попросишь список адресов. Распределителем ради развлечения пользоваться не стоит – многие этим поначалу увлекаются, а зря. Да и вообще, если есть возможность, лучше ходить пешком. Но в первые дни ты, конечно, не будешь успевать – нужно ведь знать, как пройти в класс. Теперь о труде. Чем бы ты хотел заниматься?

– В каком смысле? – переспросил Галкин.

– Ну, мыть полы, работать в столовой, ухаживать за цветами, подметать улицы, чистить канализацию?

– Я не знаю, – ответил Дима. Мыть полы ему не слишком хотелось, а ухаживать за цветами – работа для девчонок. А уж чистить канализацию…

– Скромничаешь, – улыбнулась Волшебсон. – Прецептор приказал назначить тебя на самую лучшую работу. У тебя здесь нет родственников, гостинцев ждать неоткуда.

– Да, пожалуй, – согласился Дима, не понимая, к чему клонит директор.

– Тогда, стало быть, по вечерам будешь вместе с братьями Зимм чистить канализацию, а по утрам – подметать улицы. Я дам распоряжение в канцелярию, тебе выдадут предписание в департамент уборки. Не отлынивай – эту работу легко потерять!

– Конечно, госпожа Волшебсон, – ответил Дима в легком недоумении.

– Ну, отправляйся, – приказала девушка.

Она сунула в руку Димы розовый листок, легонько взяла мальчика за плечо и сказала: распределитель! И тут же Галкин оказался в холле рядом с большим серебряным шаром.

Народу вокруг стало меньше – видимо, начались занятия. Но рыжий Фергус прохаживался по холлу взад-вперед. Не иначе, ждал Диму. Мальчик подбежал к нему и хлопнул по плечу:

– Я все сделал!

– Молодец! – обрадовался Фергус. – Тебя зачислили?

– В класс четыре Т, – объявил Дима.

Фергус расцвел:

– Да ты что! Это же наш класс! Лучший класс в Мёдлёде! Теперь – держитесь!

– Правда? – обрадовался Дима. – Здорово! Тебя я уже знаю! И, по-моему, ты классный! Слушай, а меня не обманули? Ваш директор – она какая-то… Слишком молодая…

Рыжий мальчик улыбнулся.

– В Ленду влюблена половина первоклашек и все второклассники. Но с третьего класса народ умнеет. Нашему директору сорок лет. Она ведь фея, и считает, что нужно быть ближе к воспитанникам. Вот и приняла образ молоденькой девчонки, нашего старшего товарища. Но вообще, она очень строгая. И бывает даже занудной, – Фергус перешел на шепот. – Но об этом – никому ни слова!

– Вот оно что, – удивился Дима. – Слушай, она меня назначила канализацию чистить и улицы убирать. С чего это сразу? Я ведь, вроде, ничего еще не натворил!

– Да ну! – глаза Фергуса вдруг разгорелись. – Чистить канализацию! Клево!

– Не понял, что тут радостного? – обиделся на нового знакомого Галкин.

– Да как же? – удивился Фергус. – Я добился того, чтобы мне разрешили подметать улицы, только через три года после поступления. А о канализации могу только мечтать. Сейчас там работают братья Зимм, и подвинуть их нет никакой возможности…

В подтверждение своих слов Фергус указал на свой значок с треугольником и линией. Только сейчас Галкин сообразил, что он изображает не что иное, как метлу!