Шрифт:
— Да я-то еще ничего… Во-он, за тем овражком, наши. Пойдем?
— Не, — Михаил отмахнулся. — Схожу лучше к реке, умоюсь.
— Эт правильно. Тебя подождать?
— Сам приду…
Спустившись к реке, Миша сбросил в траву джинсовку, стащил разорванную футболку, умылся — эх, хорошо! Только вот все тело болит… и рожа. Губу ведь расквасил, гад лысый! И под левым глазом точно синяк намечается. Правильно Вася сказал — «красавец»! Ну, да и черт-то с ней, с рожей! На работе о Мишином увлечении знали, а в битве мало ли что приключится? Всяко бывает. Рубка — дело такое, случаются и синяки, случается — и ребра ломают.
— Ну что, умылся?
Вытерев футболкой лицо, Михаил оглянулся — позади стоял Веселый Ганс и улыбался. В вермахтовской серо-стальной форме, с МП-40 на груди.
Улыбчивый ты наш! Быстро управился.
— Наши к вашим пошли, пьянствовать, — пояснил сварщик. — Я сказал — мы тоже сразу туда и отправимся.
— Как скажешь. Водку-то им отнес?
— Да отнес, с чего они радостные-то такие вдруг стали?
— А…
— Ни гопоту эту, ни девчонку по пути не встречал, не видел.
— Ну, может, увидим еще.
Михаил поднялся к ольшанику и тоже улыбнулся — как умылся, так полегчало сразу. Вроде и ничего — только лицо да ребра саднили.
— Слышь, Миш, а кольчуга у тебя далеко?
— Да не очень… По пути вытащу.
— Я тут фотик прихватил… Сфоткаемся!
— «Сфотографируемся», — машинально поправил Миша. — Или — «снимемся». А еще лучше — «сделаем фото на память». Ты что это с автоматом? Милиции не боишься?
— А, не менты это были — пожарные! Ну, сирена-то…
Понятно. Михаил нагнулся. Пошарил руками в траве — где-то потерял часы. Здесь… или у реки оставил?
Что-то сверкнуло вдруг… Значит — здесь! Отыскал-таки…
Сунув руки в крапиву, молодой человек подобрал… изящный стеклянный браслетик приятного желтовато-коричневого — янтарного — цвета. Витой, и застежка в виде змеиной головки с красными камешками-глазками. Красивая вещь… Ага! Так это та девчонка, наверное, потеряла! Ну да! Именно так — кому больше-то? Вещица под старину сработана, такие в Древней Руси носили.
— Че, нашел часы-то?
— Часы не нашел, а вот… — Миша показал браслетик приятелю.
Тот тоже заценил:
— Красивый! Старинный, наверное?
— Скорее, под старую вещь сделанный.
— Слушай, а не та ли…
— Я тоже думаю, что та девчонка его тут и потеряла. Сегодня вернем!
— Если встретим.
— Встретим — куда ей от нас, воинов новгородских, деться-то? — подмигнув Василию, Миша махнул рукой. — Ну что, идем за кольчужкой?
— Идем. Ой, а часы-то?
— Сейчас к речке спущусь, погляжу…
Там он их и нашел, часы-то — лежали себе на плоском камне. Михаил глянул на циферблат — батюшки! С момента битвы четыре часа прошло. А казалось — минуты.
В ольшанике пели птицы, вокруг густо цвели одуванчики, фиалки, лютики. Пахло щавелем и сладким медовым клевером, а еще — свежескошенным сеном и — казалось — парным молоком. Приятно пахло. Невдалеке, за овражком, слышались веселые голоса — дружинники орали любимую песню:
Как на поле Куликовом закричали кулики, И в порядке бестолковом вышли русские полки!Хорошая песня.
Миновав полянку, Миша свернул в кусты за мечом, кольчугой и шлемом. Василий уже приготовился, стоял с фотоаппаратом.
— Давай, ты сперва…
Кивнув, Михаил принялся натягивать кольчугу… Эх, не раздавить бы в нагрудном кармашке футболки браслет. Вытащить его лучше, пусть пока здесь, в траве полежит… Так… Автомат пусть пока полежит… Меч — в правую руку… Блин, браслет-то не потерять бы! И не наступить. Может, одеть на руку? Ага, женский-то браслетик? Да не налезет! Хотя… не такой уж он и маленький… Попробовать… Оп! Точно по руке! Как тут и был!
Странный какой браслет — словно бы растянулся… И холоднющий — прямо ледяной!
Что-то хрустнуло. Перед глазами вновь — как вот только что — вспыхнули ядовито-зеленые звезды. Вспыхнули и тут же погасли…
Тряхнув головой, Михаил обернулся:
— Ну все, снимай, позирую!
И тут же хлопнул глазами: Веселого Ганса позади не было.
Глава 3
Лето. Нева-Ижора
Иснова в бой!
Достоверные факты о борьбе Александра с Западом несколько отличаются от тех, что приводятся в «Житии».
Джон Феннел. Кризис средневековой Руси