Прежде семы уже неоднократно пытались напасть на заставу, чтобы отомстить жителям Срединных Земель, постоянно грабившим их край. Однако из-за того, что река отрезала путь к отступлению, всякий раз терпели поражение.

Но на этот раз маленькие фигурки переправлялись через Кес бесконечным живым потоком. Еще никогда такое количество дикарей не приближалось к заставе. Они пересекали реку не напрямую, а спускались вниз по течению и прятались среди деревьев, пока не заполнили каждый дюйм Талосского Леса и той части Крестового Леса, что уцелела при пожаре. И вот теперь собирались двинуться в наступление.

К рассвету большая часть войска уже переправилась. И вдруг на крепостном дворе внезапно вспыхнуло множество факелов.

Вожди дикарей напряженно прислушивались. Из-за стены долетали отдельные фразы:

— Кто-то прыгнул в реку!

— Это сбежал арестованный наемник!

Вожди отдали приказания. Дикари, стоявшие под скалой, изо всех сил прижались к ней, а те, что находились под деревьями, легли наземь и затаились.

Но крепость больше не погружалась в сон. Вдоль всей стены появились воины с факелами. Дзарн, обладатель сотни ушей и единственного недреманного ока, сегодня был капризен и ненадежен. Дикари, прятавшиеся под скалой, дрожали от страха и прижимались к ней так плотно, как не могли бы даже ящерицы.

Но по каким-то неизвестным причинам Дзарн был благосклонен к ним в эту ночь. Обитатели крепости зажгли так много факелов, что казалось, будто рассвет наступил раньше времени. Свет, видно, слепил и самих воинов, поскольку они так ничего и не заметили.

— Приготовьте лодки! Нужно плыть вниз по течению! — приказал командир отряда, отправленного в погоню.

— Он наверняка пошел на корм рыбам, — возразил кто-то.

— Граф приказал найти его, значит, будем искать живым или мертвым, — ответил командир.

Небо над заставой сделалось оранжевым, и на его фоне лес и река стали еще темнее. Суматоха в крепости несколько озадачила вождей семов, но они знали, что ночь является их единственным союзником. Если отложить атаку до рассвета, то перевес окажется на стороне защитников крепости. Посовещавшись немного, вожди стали отдавать приказания отдельным отрядам.

Наконец предводители отрядов взмахнули в воздухе плетями из конских хвостов. По этому сигналу дикари, прятавшиеся под обрывом, стали проворно взбираться по крепостной стене, обращенной к реке. Те же, что прятались в лесу, начали приближаться к заставе.

Никто из обитателей крепости не хотел пускаться в путь до рассвета. Воины разожгли во дворе костры и принялись согреваться вином. Плоты и лодки оставались привязанными к кустам васьи. Куда спешить, коли беглец все равно не мог уцелеть? Если даже он не разбился о камни, то наверняка стал добычей водяных чудовищ. Разве стоит выбираться из крепости ночью, чтобы разыскивать покойника? Здесь, за высокими стенами заставы, им ничего не угрожало. По кругу ходили фляги, и воины постепенно расслабились.

Внезапно один из них вскочил, и вытаращил глаза. Он хотел закричать, но не успел, схватился за горло. Ближайший из товарищей кинулся на помощь и увидел маленькую отравленную стрелу, торчащую из его шеи.

Воины быстро обернулись к стене и заметили появившиеся из темноты обезьяноподобные фигуры. На шеях у них красовались ожерелья из звериных клыков, лица были раскрашены алым соком плодов мееа, а тела прикрывали вонючие волчьи шкуры. Один из бойцов, сидевших у костра, попытался крикнуть, но каменный топор раздробил ему череп, и мозги брызнули в костер.

Воинов мгновенно охватила паника. Все кругом заполнили дикари, спрыгивавшие с крепостной стены. Первая волна нападавших стреляла сверху, а оказавшись внизу, пускала в ход каменные топоры.

Но защитники крепости быстро пришли в себя. Они бодрствовали и находились во всеоружии. Собираясь на поиски беглеца, воины отнюдь не забыли свои мечи возле постели. Оправившись от неожиданности, кинулись рубить полуобезьян.

Дикари превосходили гохрцев числом, и на руку им сыграла неожиданность. Однако варвары были такими низкорослыми, что им приходилось нападать по нескольку на одного воина, словно детям. Каждого гохрца окружало по двенадцать семов.

В самой гуще свалки высокий воин в черных доспехах размахивал мечом направо и налево, прокладывая себе путь к колоколу. Под градом стрел он сумел взобраться на колокольню и принялся звонить.

«Дикари атакуют! Крепость в опасности!» — означал этот звон.

Колокол бешено звонил, пока каменный топор не раскроил бойцу череп, а ядовитая стрела не попала в глаз. Его тело рухнуло с колокольни на булыжный двор, туда, где черные воины безуспешно пытались отразить атаку дикарей. Выстроившись в линию, защитники крепости встали спиной к белой башне. Однако семы не уступали им в храбрости. Перевес оказывался то на одной, то на другой стороне.