Когда Илена спросила Элиота о планах на будущее, он не смог ей ничего ответить, и она поняла, что ему не хватает уверенности в себе и упорства.

Однажды, словно случайно, она спросила его: «Почему бы тебе не стать врачом?»

Сначала он сделал вид, что не расслышал, но когда девушка стала настаивать, пожал плечами.

Однако эта идея все-таки запала Элиоту в душу и не оставляла его до того памятного вечера, когда в больнице ему сказали, что спасенный им парень вышел из комы и хочет его видеть.

Элиот зашел в палату и подошел к кровати больного. Парень оказался французом. Несмотря на то что он провел десять дней в коме, вид у него был довольный, глаза блестели.

— Значит, это ты меня спас, — произнес он с легким акцентом.

— Похоже на то, — ответил Элиот.

Не успели они обменяться и парой слов, как почувствовали дружеское расположение друг к другу.

— Теперь я твой должник, и ты вряд ли когда-нибудь от меня избавишься, — с улыбкой заявил француз.

— Ты серьезно?

— Да, до тех пор, пока я когда-нибудь сам не спасу тебе жизнь…

Элиот улыбнулся. Француз понравился ему своей жизнерадостностью. Чувствуя в нем человека близкого по духу, он протянул ему руку и представился:

— Меня зовут Элиот Купер.

— А меня Матт Делюка.

Позднее не раз, мысленно возвращаясь к трагедии в метро, Элиот осознавал, как изменилась в тот день его жизнь.

В то утро он вошел в вагон вслед за понравившейся девушкой.

И это спасло ему жизнь.

К тому же он обрел и любовь, и дружбу, и будущую профессию.

Всего за несколько дней он почувствовал, что стал уверенным в себе мужчиной.

Сан-Франциско

2006 год

Элиоту 60 лет

Погруженный в воспоминания о прошлом, Элиот припарковал машину на вершине Телеграфного холма. Спустившись по каменной лестнице, увидел современный элегантный домик. Доктор открыл калитку, вошел в сад и крикнул в открытое окно:

— Это я, Матт! Я тебя жду.

Француз довольно быстро открыл дверь и вытаращил на Элиота глаза.

— Элиот?

— Поторапливайся, старина! Нам надо еще успеть заехать купить сэндвичей. Если ты будешь копаться, нам не останется фруктовых корзиночек и всю дорогу ты будешь ныть, что нечего есть.

— Что ты тут делаешь?

— Мы что, разве не договаривались покататься сегодня на корабле?

— Каком корабле?

— Папы Римского!

— Я не понимаю, в чем дело?

— Ты оставил вчера сообщение на моем автоответчике, предлагая… — терпеливо начал Элиот.

Матт прервал его на полуслове:

— Прекрати, Купер! Я не оставлял и не мог оставить тебе никаких сообщений по одной простой причине: мы с тобой не виделись уже тридцать лет!

На этот раз была очередь Элиота удивляться.

Он посмотрел французу в глаза и понял, что тот не шутит.

— Послушай, — продолжил Матт, — Я не знаю, что ты имеешь в виду, но у меня нет времени. Так что извини…

— Эй, Матт, подожди! Ты же мой друг! Мы почти каждый день говорим по телефону и видимся по нескольку раз в неделю…

Француз сощурился, как будто пытался вспомнить некие давно забытые события.

— Да, мы были друзьями, но с тех пор прошла целая вечность.

Он уже собирался закрыть дверь, когда Элиот окликнул его:

— Но что же с нами случилось? Мы поссорились?

— Ты что, прикалываешься? Не делай вид, будто все забыл!

— Напомни мне, что произошло.

Поколебавшись, Матт сказал:

— Это случилось тридцать лет назад. Все было хорошо, как вдруг у тебя что-то произошло с головой.

— Как это?

— Ты принялся рассказывать странные истории о каком-то типе, который нашел средство путешествовать во времени, что он на самом деле был тобой, только на тридцать лет старше… Короче, ты стал невменяемым. Я попытался вытащить тебя из этого состояния, но однажды ты перегнул палку.

— Когда это случилось? Когда точно?

— В Рождество, — вдруг вспомнил француз, удивленный совпадением. — Я точно это помню, потому что в тот день ты порвал с Иленой.

Ровно тридцать лет назад день в день.