Шрифт:
В рукописях со стихами Хайяма видна общая тенденция: из всех версий какого-либо злого четверостишия шире других распространялась обычно самая безобидная — как и в данном случае. Точнее даже так: популярны были его злые стихи, но — в умеренной редакции. Своеобразное нивелирование на уровне «полузлого» Хайяма.
648. Вопреки общепринятому мнению, вино не запрещено шариатом безусловно. Однако его окружает густой частокол частных запретов. В данном случае имеется в виду, что вино строжайше запрещено во время Рамазана — месяца строгого мусульманского поста.
Четыре месяца мусульманского лунного календаря, упоминаемые в этой серии стихов, идут в такой последовательности: Раджаб, Шабан, Рамазан, Шавваль.
По критерию: вес = 668, 15-е место. Претендент на авторство: Джалал ад-Дин Джалал.
652. Прочтение О. Румером этого четверостишия ошибочно в последних строках, а потому и противоречиво в целом:
Обета трезвости не даст, кому вино — Из благ — сладчайшее, кому вся жизнь оно. Кто в Рамазане дал зарок не пить — да будет Хоть не свершать намаз ему разрешено.Видимо, О. Румер прочел последнюю строку так: «Сразу /и/ от намаза пусть спасенным станет». В его переводе герой четверостишия сильно сдает позиции. Право «не свершать намаз» — слишком скромная компенсация за лишение «сладчайшего из благ». Не то в оригинале, где последнюю строку нужно понимать так: Мигом благодаря намазу пусть спасенным /от зарока/ станет». Автор предлагает средство вернуть утраченное: свершив намаз, отмолить опрометчиво взятый на себя зарок.
По критерию: вес = 549, 47-е место.
653. Ночь Кадр, «ночь предопределения» — 27-я ночь месяца Рамазана, когда Аллахом был ниспослан Коран.
654. Мусульманский пост отличается от христианского. Во время Рамазана вообще нельзя есть и пить днем, пока солнце на небе; ночью — можно. Это и обыгрывает Хайям.
655. У Хайяма — нагнетание событий. «Пустить ветры» во время молитвы — грех малый. Соверши омовение сызнова и молись опять. Но вот хлебнуть вина!..
Г. Плисецкий и О. Румер перевели это четверостишие как бы по частям:
Чтобы Ты прегрешенья Хайяма простил — Он поститься решил и мечеть посетил. Но, увы, от волненья во время намаза Громкий ветер ничтожный твой раб испустил! В молитве и посте я, мнилось мне, нашел Путь к избавлению от всех грехов и зол. Но как-то невзначай забыл про омовенье, Глоток вина хлебнул — и прахом пост пошел.Не зная оригинала, трудно догадаться, что это переводы одного и того же рубаи.
657. В Вариантах приведено это же стихотворение, в некоторых рукописях встречающееся в форме «мустазод»: с дополняющими короткими строками, имеющими самостоятельную рифму. Едва ли автор такого варианта — сам Хайям.
По критерию: вес = 628, 20-е место.
659. «Спина, посторонись!» — дословно такой же окрик грузчика случилось переводчику услышать — не в Нишапуре 900 лет назад, а недавно, в московском мебельном магазине.
660. По критерию: вес = 535, 54-е место.
663-666. Видимо, время постепенно сделало из каких-то двух первоисходных — и разбросало по разным рукописям — эти четыре рубаи. Переводчик рискнул связать их в единый цикл, напоминающий конструкцию «Квадрата квадратов» И. Северянина. См. также № 694, 1191.
669. См. № 285.
672. В оригинале обыграно звучание (словно бы по-персидски) арабских слов в утреннем призыве муэдзина, приглашающего мусульман к молитве.
По критерию: вес = 632, 19-е место.
674. См. № 716.
675. Хайям говорит, что уничтожены «сотни тысяч Джамов и царей этими приходами лет и уходами зим». Явный намек, что и годы следует исчислять сотнями тысяч, — но сказать об этом прямо нельзя, поскольку мир сотворен Аллахом якобы всего лишь 7000 лет назад.
677. Хайям перефразирует пословицу: «И незрелым виноградом еще не ставши, ты хвастаешься, что ты уже изюм!» Здесь незрелый виноград — неуч, изюм — человек, познавший тайны бытия. Русские поэты-переводчики обычно истолковывают этот образ в контексте возраста, а не мудрости, и потому выворачивают его наизнанку, у них получается: быть «виноградом» — хорошо, «изюмом» — плохо.