В этот момент, плащ, небрежно брошенный на землю, показался мне мягче перины набитой лебединым пухом.

 * * *

 Ах, как сладко я спала! И какой изумительный сон мне снился! Я, в прекрасном сверкающем платье (наверное, по последнему писку моды XVI века), спускаюсь по лестнице, ведущей в какой–то зал. Отблески света пляшут по подолу юбки, изредка задерживаясь на бриллиантах и разбрасывая зайчиков. Там, где я прохожу, кавалеры и дамы в пышных нарядах склоняются в поклонах, и полетает шепот:

 – Королева! Королева!

 Неужели они это говорят про меня? Ну, разумеется! Про кого же еще!

 Навстречу мне идет мужчина, одетый в костюм той же эпохи, что и я. Его лица я не вижу, оно скрыто какой–то тенью, но сейчас я услышу его голос…

 – Эй, Спящая Красавица, пора вставать!

 Меня сильно трясли за плечо, и сон рассыпался, как елочная игрушка, упавшая на пол…

 Разлепив глаза, я увидела Луиса. Иногда я не понимаю, кого я больше ненавижу: его или Франсуа:

 – Луис, вообще–то, обычно, когда будят заколдованную принцессу, ей дарят поцелуй.

 – Хорошо, Эжени, когда у меня будет лишний, я тебе обязательно его подарю. Или, может быть, отдам в залог.

 Урод. 

 * * * 

 После завтрака мы начали собираться в путь.

 Интересно, а что сейчас с Франсуа, где он?

 Наверное, Луиса посетили похожие мысли, потому что он повернулся ко мне и предложил:

 – Эжени, попробуй найти Франсуа с помощью своего браслета.

 Ага, и как это сделать? Может быть, потереть, как лампу Аладдина?

 Я закатала рукав, сняла браслет, потерла его:

 – Эй, джинн, я хочу, чтобы я и Луис сейчас же оказались рядом с Франсуа!

 Разумеется, ничего не произошло. 

 * * * 

 В отличие от Луиса, когда мы шли, я во всю крутила головой (это значит, что я смотрела и назад, и вперед, и направо, и налево – в, общем, повсюду). Именно поэтому я первой заметила странное облако, повисшее впереди и справа от нас. Едва я разглядела, что внутри него виднеются какие–то картинки, то сразу же подошла к нему.

 Этот странный клочок тумана извивался, колебался и всячески изменял свои очертания. Лишь приглядевшись, я поняла, что внутри виднеется человеческая фигура, окруженная сворой каких–то зверей.

 – Что это? – внезапно прозвучавший голос Луиса заставил меня вздрогнуть.

 – Откуда я знаю? – возмутилась я.

 – У тебя же браслет Никалиноро.

 – Ну и что дальше? Подожди, ты имеешь в виду, – до меня наконец–то начало доходить, – что это – дверь к Франсуа?

 – Переходной туннель, – кивнул вампир.

 – Тогда пошли. Что мы здесь стоим?

 Луис положил мне руку на плечо, и мы шагнули в этот туман. 

 * * * 

 Каждый шаг давался с трудом. Ноги увязали в белой пене, а по бокам с бешеной скоростью проносились какие–то сумасшедшие пейзажи: красное небо, синяя трава и тому подобное. Но, все равно, картинка – человек окруженный волками – становилась все четче.

 Последний рывок и, слегка повернув голову, я увидела, что рядом со мною стоит Франсуа. В первое мгновение я была готова броситься ему на шею, но затем, вспомнив, благодаря кому я здесь оказалась, передумала и всего лишь сказала:

 – Франсуа, тебя нельзя ни на минуту оставить. Вечно ты попадаешь в какую–нибудь передрягу.

 – Кто бы говорил! – огрызнулся он, совершенно не удивившись нашему внезапному появлению.

 – Да, но не на меня же напали волки.

 Стая продолжала кружить вокруг нас. Их глаза сверкали желтым огнем, еще мгновение, и они кинутся на нас. Интересно, а почему они нападают в светлое время суток да еще и летом? Ладно, потом разберусь.

 – Не на тебя? А что же ты тогда здесь делаешь?

 – Я?! Спасаю тебя! Хотя вообще–то это самая идиотская идея, какую только можно вообразить.

 – А другой от тебя и нельзя было бы ожидать.

 Пока я подыскивала подходящий ответ на такое хамское высказывание, в разговор вмешался Луис:

 – Дамы! Господа! Вы не могли бы выбрать другое место для своей ссоры, а то нас просто–напросто съедят.

 Именно это время волки выбрали для того, чтобы атаковать… 

 * * * 

 Я бестолково размахивала мечом в тщетной попытке отогнать зверей. Похоже, я больше мешала, чем помогала. Хотя, пока что мы отбивались довольно успешно.

 Мы, трое, стояли возле какого то дерева, а вокруг нас в какой–то бешеной пляске кружились и извивались волки. Часть из них уже лежала на земле, но остальные продолжали атаковать нас с неослабевающим усердием.

 Внезапно, когда большая часть стаи погибла или разбежалась, я почувствовала резкую и острую боль в ноге. Опустив глаза, я увидела, что огромный волк намертво вцепился в меня. Завизжав и не думая, правильно ли я поступаю, я попыталась кинжалом расцепить его зубы. Наконец, мне это удалось. В тот же момент он упал на землю и уже не шевелился.