Мне только показалось… Конечно! Мне в последнее время многое кажется. Я жду звонка, жду, что Макс придет, вот и придумала сейчас его возвращение.

Захлопнула дверь, защелкнула замок.

Посмотрела на свернувшийся клубком в ладони крестик. У меня теперь есть талисман, защита. Ничего страшного не произойдет.

Я медленно вернулась в комнату, продолжая уверять себя, что все в порядке, но уже чувствовала, что убеждаю пустоту. Все, что должно было случиться, — произошло.

Дальше порога я не пошла. Прислонилась плечом к дверному косяку, тупо уставилась в пол. Убегая, я уронила подушку. Я еще помнила, как она мягко задела по ноге. Сейчас на полу ничего не было. Подушка исчезла.

В голове бухало, как будто сердце сорвалось со своего места и пытается пробиться наверх. Если бы не плотно сжатые челюсти, наверняка выскочило бы. Запоздало догнало ощущение беды, захотелось вернуться назад, взять Макса за руку, чтобы он никуда не уходил.

— А ты изменилась… — Темная фигура скользнула вдоль стены, встала в проеме окна. — Побледнела. Похудела. От тебя стало пахнуть… смертью.

Жаль, я не могла вернуть комплимент — в сумерках мне не удавалось ничего толком рассмотреть. Вампиры прирожденные штирлицы, обожают стоять против света.

— Ты тоже ничего, — буркнула я, поднимая руки. — Не слышала, чтобы ты просила разрешения войти.

Я хлопнула, заставляя лампу на столе ожить, зажмурилась, пережидая момент, когда глаза привыкнут к свету. Тревога накатила ураганом. Я прижалась к стене, глядя туда, где только что стояла незваная гостья.

— Тук-тук-тук, — раздалось из коридора. — Можно войти?

Пустое окно смотрело на меня набухающей темнотой.

— Нельзя! — захлопнула я дверь. — Визиты для меня сейчас противопоказаны. И нервничать вредно.

— Ну, почему же? — шепоток коснулся моего затылка. Я успела обернуться, чтобы уловить движение пушистых рыжих волос. Она и правда перекрасилась. — Подружки не должны так друг с другом поступать.

Воздух в комнате словно заморозили. Я остановилась, поняв, что бегать за Катрин бесполезно. Не догоню. Ей надо, вот пускай сама и проявляется.

— Я говорила, что твоя квартирка очень даже мила? — Катрин, манерно изогнувшись, застыла возле двери.

— Не говорила.

Катрин улыбалась. Из всех вампиров улыбка ей удавалась лучше всех. Смотреть на нее было противно. Я отвернулась. Где-то у меня лежал мобильный телефон. В последний раз я говорила по нему предыдущей ночью с Олегом. Прошлую ночь я провела у Макса, взять с собой телефон не успела. Значит, он должен лежать в кровати.

Под одеялом его не было, в постели не прятался, в покрывало не завернулся.

— Ну, прости меня, пожалуйста! — Катрин шла за мной по пятам, повторяя все мои движения, пыталась заглянуть в глаза. — Но я ведь не нарочно, ты же понимаешь. Так получилось.

Она меня уговаривала, словно в наших делах могли помочь уговоры.

— Меня заставили, — нежно шептала вампирша. — Эдгар был против тебя. Ну, ты знаешь. А потом они сами явились. Я не хотела тебя расстраивать. А так бы ты уже днем об их приезде знала, и праздник был бы испорчен.

А то он потом оказался не испорчен!

Я уже давно сидела и в упор смотрела на незваную гостью, которая, как известно, хуже татарина. У нее были глубокие красивые глаза, изящный овал лица, маленький носик, матовая, словно светящаяся изнутри кожа. В ее внимательном взгляде читалось сочувствие и ожидание: прощу — не прощу? Я отвернулась, и Катрин тут же оказалась с другой стороны, снова заглянула в глаза.

— Ты же умница и все понимаешь, — быстро зашептала она, склоняясь совсем близко, так что я начала чувствовать исходящий от нее холод. — Конечно, всегда есть выбор, но тогда его не было. Совсем не было. Думаешь, я не понимала, что делаю плохо? Понимала. Любовь — это прекрасно! Вы даже не представляете, как красиво вместе смотритесь. Если бы не непреодолимые препятствия, вы были бы исключительной парой. Просто замечательной. Вы и есть — пара. И вместе вы через все пройдете. Вас ничто не остановит. Вы такие сильные, уверенные. И что на меня злиться? Все закончилось, и как будто ничего не было. А вы теперь — куда угодно. Эдгар согласен. У тебя все успокоилось. Я помогу тебе уехать!

Она бормотала какие-то странные отрывистые фразы, но я ее больше не слушала. А еще говорят, что у вампиров хорошая память. Катрин, видно, забыла, что на меня подобные «уговоры» не действуют. Может не тратиться на слова, не сверлить меня взглядом. Лоб расшибет.

Что-то я искала? Ах, да, сотовый. Он мог упасть.

Я заглянула под кровать. И точно. Трубка лежала на полу. За долгие часы расставания успела даже пылью покрыться.

Телефон привычным зверьком нырнул в ладонь. На попытку реанимации аппарат пискнул, сообщая, что не мешало бы верных слуг время от времени подкармливать — аккумулятор сел.

— Да, да, — невпопад кивнула я все еще убеждающей меня Катрин. — Знаешь, я устала. И Макс скоро придет.

— Так ведь и хорошо! — с неубиваемым азартом завелась по новой вампирша.

Я посмотрела на нее. Какая она сейчас милая. Приобнимает меня за плечи, гладит по руке, улыбается. Можно поспорить: что бы я сейчас ей ни сказала, она со всем согласится.

Сотовый чирикнул, показывая, что питание пошло. Я немного подождала, пока он не подзаправится, и нажала кнопку включения.

— И я думаю, что мы сможем… — пела соловьем Катрин.