Скворцов сделал пару шагов вперед, подобрал с земли автомат, положенный перед ним Набир-Шахом. Дешевая китайская дрянь, такую обычно дают новобранцам, их не жалко если и пропадут. После нескольких магазинов начинает клинить. Неужели, у главаря крупной и опасной банды такое дешевое, никуда не годное оружие?

Набир-шах что-то крикнул - и из-за дувалов начали выходить остальные, один за другим, складывая оружие в кучу между ними - русским воином и афганским бандитом...

Дальше - все пошло по плану. Обычная сдача, проходили не раз и не два. У мечети поставили наливник, начали раздавать керосин. Керосин в Афганистане стоит дорого, потому что в сельской местности керосинка, керосиновая лампа - основной осветительный прибор. Приехавшие шурави щедро лили остро пахнущую жидкость в подставленные емкости и не брали за нее денег - для афганцев это было дико до беспредела. Но - бери, пока дают и афганцы все шли и шли за подношением от безбожников. Так они и брали, керосин, деньги, муку, листовки - но остановит ли это подношение, память о даре шурави, когда придут в кишлак бандиты и начнут набирать людей, чтобы идти и забить колонну на трассе?

Навряд ли...

Чуть в стороне работал госпиталь. Маленький, всего в одном КУНГе на базе Зил-131, но здесь испокон века не видали и такого. Здесь веками не было ни нормальных врачей, ни нормального госпиталя, все жили под Аллахом и считали, что если кто отправился в райские кущи - значит, так тому и быть, значит пришло его время. Сейчас же врачи-шурави осматривали афганцев, выстроившихся в очередь, давали лекарства, ставили первые в жизни этих простых, живущих на нищей земле крестьян диагнозы. Новая власть добралась и сюда - кстати, нередко было, что после шурави в кишлак приходили душманы и штрафовали тех, кто посмел показаться врачу-шурави.

А перед самой мечетью поставили трибуну. Деревнная самодельная трибуна, украшенная пыльными кумачовыми тряпками, на которых белым было написано непонятно что. Конечно же, советский "упал-намоченный" не удержался от того, чтобы толкнуть речь перед малограмотными афганцами. Получалось это у него плохо тем более с бодуна - но он старался...

Скворцову на все на это было тошно смотреть. Что-то глупое и бессмысленное было в этом во всем, что-то неправильное. И кривляния едва пришедшего в себя после выпитого партейного на трибуне, и раздача керосина, и сдача духов с дешевыми автоматами - их же им и вернули, переписав номера, теперь это был местный отряд самообороны. Разве так ведется война? Нет, разве так ведется война? Разве так вели себя наши деды в сорок четвертом? Освободив свою страну, они вступили на территорию Европы как победители, и погнали врага до самого его логова. Разве можно было себе представить, что какие-то местные фашистские выкормыши, например, на Украине, вот так вот сдаются, им возвращают их же оружие и делают вид, что они теперь охраняют советскую власть в районе?

А этот дикий страх перед границей? Не дай Аллах бомба или ракета упадет на Пакистан - погон лишишься. И это при том, что пакистанцы страха перед границей не испытывают, бывали случаи, когда и самолеты их не только залетали на афганскую территорию, но и бомбовые удары наносили и вертолетные десанты высаживали. Все это было! Что же это за война такая, когда им можно все, нам - ничего. Разве наши деды остановились на границе, сказав, что по ту сторону - чужое государство со своим суверенитетом. Да, фашистское, да если его не уничтожить оно еще раз нападет. Ну и что? Суверенитет, международное право. Даже американцы совсем недавно, во Вьетнаме наплевали на него, действовали в Лаосе в Камбодже, бомбили Северный Вьетнам. Что же мы то боимся?

А военная прокуратура? Интересно в сорок третьем после рейда группу НКВДшников также встречал военный прокурор?

– У вас всегда так?

Скворцов осмотрел на подошедшего КГБшника из охраны дико смотревшегося в своем черном костюме на фоне всего этого. Так же дико, поверх пиждака смотрела трофейная разгрузка, набитая во все дыры и автомат АКС-74У со смотанными синей изолентой магазинами. Где взять-то успел?

– Бывает и еще круче...

КГБшник - какой-то смазанный, непонятный, с липкими глазами, по-свойски усмехнулся.

– Это как?

– Это... Это когда один и тот же отряд переходит на нашу сторону раз в год. Когда к зиме дело, зеленки нет и воевать в холоде неохота - их командир прозревает, раскаивается и идет в местный ХАД. Переходит на сторону народной власти. Зимой на казенных харчах сидит, а как весна, зеленка - так ищи его свищи. До следующей осени.

– Весело...
– КГБшник достал бело-красную пачку Мальборо - куришь?

– Нет.

– Напрасно - КГБшник вытряхнул сигарету, смачно затянулся - тут у вас вообще весело. В дуканах ассортимент как при коммунизме. Я вчера вышел...

Внезапно Скворцов понял, что давно не видно Шила. Он был на машине, остался прикрывать, потом он его видел около мобильного госпиталя - не иначе ищет где спирта тиснуть, паразит. А потом...

Лейтенант начал поворачиваться - но ГБшник был уже рядом. Щелчок, какой-то треск - и яркая вспышка перед глазами...