Однако на второй день пути поднявшийся на мостик радист с озадаченным видом протянул капитану последнюю полученную радиограмму.

– Русские сообщают, что в западную часть залива должен упасть их космический корабль, и предупреждают, что в ближайшие несколько дней этот район будет опасен для судоходства! – удивленно воскликнул капитан, пробежав глазами телеграфный бланк. – В связи с этим компания рекомендует нам изменить курс.

Слышавший его слова рулевой кивнул:

– Точно, сегодня в утренних новостях передавали заявление какого-то российского министра.

Капитан сокрушенно вздохнул. Изменение курса грозит отставанием от графика. Из-за опоздания в сан-францисском порту можно застрять на рейде в ожидании разгрузки. Значит, о премиальных для команды придется забыть. С другой стороны, он не может игнорировать распоряжения судовладельческой компании.

– Меняем курс. Право руля, – скомандовал капитан. – Идем на юг, к Суматре.

В то время, когда капитан «Келлуру» читал полученную радиограмму, в одной из бухт на северной оконечности Суматры, закрытой с берега стеной непроходимых джунглей, через которые в глубь острова вела только узкая грунтовая дорога, а со стороны океана поднимающимися из воды скалами, кипела работа. Дюжина загорелых крепких мужчин, одетых лишь в короткие шорты или обрезанные до колен джинсы, перетаскивали на борт стоявшего у самодельного причала быстроходного катера без опознавательных знаков плетеные корзины с уложенными в них тросами, заканчивающимися абордажными крюками, тяжелые баулы с автоматическими винтовками, цинками патронов, ручными и реактивными гранатами. Еще два уже загруженных катера покачивались на волнах в бухте, неподалеку от берега. Халим в тропическом камуфляже и черной повязке на голове молча наблюдал за погрузкой. Бойцы знали свое дело и прекрасно обходились без его указаний. Для них это очередная акция в череде других. Сколько уже было захваченных судов, грузов и ценностей, отнятых у упивающихся своим богатством пассажиров роскошных лайнеров. Изнеженные толстосумы, да и моряки торговых судов обычно не оказывают сопротивления, особенно если направить на них автомат. А те, кто пытался сопротивляться, давно уже кормят рыбу и крабов на морском дне. Бойцы знают, что особых неприятностей от них ждать не стоит, поэтому сейчас так сосредоточенно спокойны. И только он, Халим, Абдуллах да еще несколько человек в руководстве организации знают, что эта акция положит начало новому миру. Миру, где будут править воины Аллаха, а сокрушенные враги прислуживать им.

К Халиму приблизился его первый помощник Питон, долговязый и мускулистый, словно удав.

– Оружие на борту, Кеплаг.

– «Стингеры»? – уточнил Халим. Зенитные ракеты предложил взять Абдуллах. Халим не видел в них необходимости, но когда тот привез шесть «Стингеров», отказываться не стал.

– По два на каждом катере.

– Горючее?

Питон улыбнулся, обнажив красные десны с редкими зубами:

– Хватит хоть до Коломбо.

Халим удовлетворенно кивнул:

– Тогда выходим.

И, повернувшись к ожидающим его команды бойцам, пронзительно свистнул. Сгрудившиеся на причале моджахеды дружно бросились к катерам, заглушив свист предводителя топотом ног. Как и подобает командующему эскадрой адмиралу, Халим поднимался на борт своего катера последним. Оставшись на берегу в одиночестве, он поднял глаза к небу. Где-то там за этой прозрачной синевой, в бездонной черноте космоса, летел российский спутник с ядерной бомбой. Он был еще слишком далеко, чтобы его можно было рассмотреть с земли. Но уже совсем скоро он упадет в океан и тогда его можно будет не только увидеть, но и пощупать своими руками. После памятного разговора с Абдуллахом Халим не мог дождаться этого момента.

Сверившись с записанным на отрывном листе адресом, Эльза завернула за угол дома. Если за ней сейчас наблюдают посредством какой-нибудь замаскированной видеокамеры, пусть видят, что женщина испытывает робость перед встречей. Наряд тоже подобран в соответствии с легендой. Волосы спрятаны под шелковой косынкой, большие солнцезащитные очки, строгая блузка, легкая, но отнюдь не легкомысленная юбка чуть ниже колен и на высоком каблуке босоножки с открытой пяткой, но закрытым носком. Если бы Ракитин увидел ее в таком виде, нипочем не узнал. Одежда, обувь и сумочка на плече куплены в фирменном бутике. Разбирающемуся человеку сразу должно стать ясно, сколько стоит их хозяйка.

Со стороны двора в стене дома, рядом с крайним подъездом, была прорублена еще одна дверь, украшенная медной табличкой «Детективное агентство «Визус». Ниже названия был изображен причудливый логотип, похожий одновременно на глаз и на объектив фотоаппарата. Перед дверью, на заасфальтированном пятачке, стояли три машины: две недорогие иномарки и российская «десятка». Частные сыщики явно не купались в роскоши. Что ж, тем лучше. Эльза подошла к двери, сознательно «не заметив» обращенный на нее глазок видеокамеры, и осторожно нажала на кнопку звонка.

– Слушаю вас? – донеслось из переговорного устройства.

– Мне… Я по делу… – пробормотала Эльза, но этого оказалось достаточно. Щелкнул магнитный замок, и дверь открылась.

Ее встретил серьезный молодой человек в костюме и с именной табличкой на лацкане.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – поздоровавшись, спросил он.

Эльза смущенно пожала плечами:

– Не знаю… Я впервые здесь.

Молодой человек сразу оживился:

– Тогда вам сначала нужно переговорить с нашим директором. Правда, его сейчас нет.

– Значит, я зря пришла? – упавшим голосом произнесла Эльза и сделала шаг по направлению к выходу, но собеседник остановил ее.

– Подождите. Я узнаю, может быть, кто-нибудь из наших сотрудников сможет с вами встретиться.

Он вернулся за стол, отделенный от посетителей высокой стойкой, и, набрав чей-то номер, сказал в телефонную трубку:

– Стас, тут клиентка пришла, а Палыча нет. Ты сможешь ее сейчас принять? – Потом повернулся к Эльзе и, не кладя трубку, пояснил: – Проходите. Вторая дверь направо.