Епифанцев прошипел что-то нечленораздельное, потом, видимо, взял себя в руки и выдал:

– Подъезжай после шести. Я буду у себя в кабинете.

– А меня на проходной пропустят?

– Я предупрежу.

Он отключился.

После шести так после шести! Мне-то что!

В самом начале седьмого я предстала пред ясны очи господина Епифанцева в своем привычном для него прикиде. Он сидел за столом и просматривал какие-то бумаги.

– Добрый вечер, Игорь Дмитриевич!

Я прошла через весь кабинет и опустилась в ближайшее от него кресло. Потом достала из папки распечатанные листы и положила на его стол. Епифанцев взял их небрежно, с какой-то даже брезгливостью, быстро пробежал глазами. Потом вернулся на первую страницу и стал читать уже внимательно.

– Слушай, ты, журналистка, а ничего получилось! Мне нравится. Я думал, ты – так себе, фифа недоученная, а ты…

Он прочитал еще несколько строк.

– Нормально! Давай продолжай в том же духе, – он вернул мне статью.

– Игорь Дмитриевич, извините, а как насчет аванса…

– А-а… Это можно! Но больше десятки не дам. Остальное – когда статья выйдет.

– Хорошо, я согласна.

– Она согласна! Да кто бы твоего согласия спрашивал!

Епифанцев полез в сейф, достал тоненькую пачку тысячных купюр, бросил передо мной на стол.

– Иди, заканчивай статью.

– Игорь Дмитриевич, а как же все-таки насчет посещения вашего дома?

– Хочешь в гости ко мне напроситься?

– Нет, просто читателям было бы интересно, чем занимается в свободное время владелец такого солидного городского предприятия, какое у него хобби… Я могла бы описать ваш дом, отметить, с каким вкусом там все устроено…

– Не нуждаюсь! – отрезал «колбасник». – Про хобби напиши, что люблю спорт: бильярд и бадминтон. Сауну посещаю регулярно. Ну и сама там еще чего-нибудь придумай поинтереснее… В общем, сообразишь. Все, давай, некогда мне.

Я села в свой «Мини Купер» и от недовольства даже дверцей хлопнула как следует. Вот черт! Не хочет пускать меня в свои хоромы. Значит, действительно, там есть что скрывать от посторонних глаз. Ну, ничего, я к тебе все равно загляну за твой трехметровый забор. Твоими же деньгами заплачу твоей горничной Тосе за сведения о твоей семье…

Вечером мне на домашний позвонил Ярцев.

– Полин, ты была права: с этой девушкой Олесей произошла очень неприятная вещь – ее отравили.

– Как? – невольно вырвалось у меня.

– Ядом. Точное название устанавливают. Ее забрали в морг при РОВД. Там сейчас криминалисты колдуют. Так что умерла она не сама. Видно, кто-то очень не хотел, чтобы девушка заговорила.

– Да, похоже, знала она много…

– Скорее всего. Но, заметь: руки у этих ребят длинные – в клинике, куда без специального разрешения или пропуска не зайти, достали человека…

– Антон, ты теперь будешь заниматься этим?

– Да. Статью твою я бросаю, сама понимаешь: здесь дела посерьезнее.

– Понимаю и не обижаюсь. С Епифанцевым я как-нибудь сама. Да и не нужна больше твоя статья: Епифанцев наотрез отказался пустить меня к себе в дом.

– А я что говорил?! Я же не зря тебе телефон горничной дал. Через нее информацию добывай.

– Да, наверное, придется так и сделать… Кстати, «колбасник» заплатил мне аванс за статью, так что могу поделиться с тобой. Как-никак ты старался, писал. Твой труд не должен пропасть даром.

– И сколько он дал?

– Десятку.

– Щедрость нашего предпринимателя не знает границ! Возьму половину, на большее мои труды не тянут. Остальное – тебе на мороженое.

– Если бы на мороженое! Мне есть что купить посерьезнее. У меня камера и «жучок» накрылись. Представляешь, жена Епифанцева со своим любовником меняют дислокацию. А у меня там была техника установлена…

– Ну вот и покупай все новое.

– Антон, а как, ты говоришь, называется та секта, из которой девушка убежала?

– Кажется, «Вселенская любовь». А зачем тебе?

– Так, на всякий случай, для информации.

– Может, хочешь сама покопаться в этом деле?

– Мне-то зачем? У меня своих забот хватает. Это – твоя головная боль.

Было десять часов вечера. Я слонялась из угла в угол и не находила себе места. Мадам Епифанцева сидит сейчас в ресторане со своим бойфрендом и не подозревает о том, что на нее готовится покушение. Кого-то ведь Светозар предупредил о посещении ими ресторана, указал точное место и время, а свою возлюбленную попросил надеть его любимое украшение. Из этого можно сделать вывод, что готовится преступление. Кто-то будет сегодня грабить Елизавету Андреевну. Что мне делать в такой ситуации? Если я могу предотвратить преступление, я, как честный и порядочный человек, просто должна это сделать. Но самой попадать в поле зрения органов мне вовсе не хотелось. Да и потом, моя задача – проследить, как будут складываться отношения влюбленных. Смертельная опасность женщине пока не грозит, насколько я поняла, может, пусть все идет как идет? А я ее подстрахую на всякий случай.