Шрифт:
«Потрясающий, невероятный, блистательный, непредсказуемый, умопомрачительный, дивный, чудный и пышнопоножный директор издательства «ИНАПРЕСС».
И!
Писатель, именем которого заполнена всемирная паутина.
Автор известнейшей книги «Расстрелять!..»
А также книг: «Расстрелять-2», «Бегемот», «Каюта», «Кот», «Корабль отстоя», «Система», «Мангушев и молния», «Люди, лодки, море.» и книги «72 метра», по мотивам которой снят одноименный фильм, выдвинутый недавно на премию «Какой-то там орел».
И, кроме того,
ваш покорный слуга».
Меня спросили, как я отнесся к тому, что 1-й канал не пригласил меня на вручение премии «Золотой орел». Фильм «72 метра» получил эту премию, и вроде бы должны были пригласить. Я ответил, что если б 1-й канал снял «Анну Каренину» во времена Льва Николаевича, то они б его тоже не пригласили.
То есть, я уже могу говорить: «Мы с Толстым…»
То есть, я благодарен ОРТ за то, что они поставили меня с «зеркалом русской революции» в один ряд.
И все-таки 1 – й канал меня наградил.
Не прошло и трех суток со времени вручения им «орла», как в моей квартире раздался требовательный звонок в дверь.
Экспресс-почтой в роскошном конверте мне торжественно были доставлены: бумажная сумка с ручками с огромной цифрой «1», настенный календарь с той же символикой, конвертик с циферкой «1», а в нем такая картонная фигулина, которая легко образует ступенечку, и на ней та же цифра, и еще – три карандаша в пластиковой упаковке с надписью «1-й канал».
Сбежалась вся семья.
«А карандаши зачем?» – спросила меня жена.
«Я бы тебе сказал зачем, – ответил ей я, – но здесь дети!»
А потом я подумал о том, что в этом наборе для среднего папуаса Новой Гвинеи не хватает красных стеклянных бус для жены, кольца в нос для сына и орлиного пера для моей кучерявой головы.
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ
ЛИС
– Вставай! – сказал Лис.
Лис стоял передо мной на задних лапах, и меня вовсе не удивило то, что он говорит. Я встал. Но на моей постели кто-то остался лежать.
– Ничего не понимаю, – рассматривал я лежащего, – кто это?
– Это ты, – отозвался Лис.
– Тогда кто же сейчас встал?
– Твоя сущность. Это я ее попросил.
– А кто же тогда ты?
Лис усмехнулся.
– Ты прекрасно знаешь, кто я. Я – Лис. Я прихожу к тебе во сне. Я могу принимать любое обличие, но это – мое самое любимое. Ты меня не помнишь?
– Нет!
– Это с людьми бывает, – у Лиса была очень довольная мордочка.
– А если я сейчас проснусь, ты исчезнешь?
– Конечно, но только ты не проснешься.
– Почему?
– Потому что сна вообще не существует.
– Как это?
– Так. Сна нет. Есть другие миры. Другие измерения. Тебе никогда не казалось, что человек и так живет очень мало, а тут он еще столько времени проводит во сне? Ты не полагаешь, что это слишком расточительно? А между тем расточительство вообще не свойственно природе. Расточительство в природе бывает только по какому-нибудь случаю. По необходимости. Пример: цветение кораллов. Поэтому сна нет. Есть хождение по другим мирам. Ты мне нужен. Пошли.
– А если я не захочу?
– Глупости! Ты умеешь думать. А тот, кто умет думать, всегда не против оказаться где-нибудь еще.
– А если я прочту молитву?
– Ну, прочти.
И я прочел. «Отче наш». Лис вежливо дождался конца молитвы и не пропал. Я прочитал еще раз.
– Прочти в третий раз, – посоветовал он мне. – Вы все любите цифру 3.
– Я и цифру 9 люблю.
– Знаю. Давай перейдем к делу.
– Давай! Так зачем я тебе понадобился?
– Понимаешь, – Лис взял меня под руку и увлек за собой, – на человеческую сущность, путешествующую в другом измерении, может повлиять только другая человеческая личность. Нам это делать запрещено. Повлиять на коралл может только коралл. Но я могу незримо присутствовать. И вводить тебя в курс происходящего. То есть, меня он не увидит, а с тобой познакомится.
– Кто «он»?
– О, это известная личность. Политик. Всем надоел. Шляется во сне по всем измерениям. Хочет услышать Всевышнего. Хочет услышать: правильно ли он поступает. А заодно очистить совесть. Он полагает, что ее можно очистить. Сам понимаешь, Всевышнего я ему достать не могу. Поэтому устроим небольшой спектакль. Всевышним на какое-то время будешь ты.
– То есть?
– Он узрит именно то, что хочет узреть. А я буду тебе помогать. Подскажу чего-нибудь.
– Я должен подумать.