Мы ждали Вечнозеленого Кустарника.

– Такое облегчение знать, что у меня спрятан настоящий «скелет в шкафу». Так я чувствую себя в безопасности. – Подруга была в приподнятом настроении. На ней была чистая белая хлопковая рубашка с красными цветочками на воротнике, которая плотно обтягивала ее развивающуюся грудь. Она носила бюстгальтер самого маленького размера. Действительно, ее тело не походило на тело китаянки.

– Ты готова? – спросила она взволнованным голосом. – Он может прийти в любую секунду.

У меня вся эта затея вызывала смешанные чувства. Мне было неудобно шпионить за Вечнозеленым Кустарником, во-первых, потому что я уважала его, а во-вторых, я, честно говоря, ревновала. Хоть мне и не посчастливилось быть удостоенной его внимания, я все же испытывала к этому парню некоторые чувства, и мне было трудно наблюдать за тем, как он пытается добиться расположения моей подруги.

И в то же время я не могла отказать ей. Когда-то она спасла меня от побоев Острого Перца, и я должна была отблагодарить ее за доброту. Протянуть подруге руку помощи, когда она в ней нуждалась, было моим долгом. Кроме того, я хотела защитить ее.

Наконец раздался тихий стук в дверь, и на пороге показался Вечнозеленый Кустарник со сборником изречений Мао в руках. Они по-товарищески пожали друг другу руки, но я заметила, что оба чувствуют себя не в своей тарелке.

– Располагайся, – сказала она и пошла принести ему воды. Парень посмотрел на ее новые черные сандалии с мягкой подошвой, которые, как искусный сапожник, она смастерила сама. У меня обувь всегда выходила какой-то перекошенной. Моя проблема была в том, что, когда я пыталась сшить вместе верх и низ, правый ботинок всегда как-то скукоживался, приходилось отбивать его молотком, чтобы он соответствовал левому.

Вечнозеленый Кустарник присел на скамейку. Он был в легких брюках и трикотажной рубашке с восьмеркой на груди и надписью «Покоритель Великой стены» на спине. На ногах у него были спортивные ботинки.

– Ты не голодна? – заботливо спросил Вечнозеленый Кустарник мою подругу.

– Я ела, – ответила она краснея. Парень почесал голову и потер лоб. Дикий Имбирь опустилась на скамейку напротив него.

– Начнем?

Вечнозеленый Кустарник кивнул и открыл цитатник Мао.

– Кстати, как тебе мое новое жилье? – спросила девушка, перелистывая страницы книги.

– Очень мило. Напоминает склад, где когда-то работал мой отец. Мне нравится, что здесь много свободного места.

– Я велела покрасить все четыре стены в ярко-красный цвет, ты заметил? – гордо сказала Дикий Имбирь. – И сама нарисовала портреты Мао, они, конечно, неидеальны, но зато я вложила в них всю свою душу. Я хочу, чтобы мой дом стал в будущем музеем Мао.

– Ну, наверно, так оно и будет, – он поднялся, чтобы рассмотреть начертанные на стенах слова Мао.

– Осторожней со статуей, – предупредила Дикий Имбирь, когда парень повернулся. У самого входа стояла статуя Мао в полный рост, которая светилась в темноте, правая рука вождя была поднята вверх в приветственном жесте.

– Она и вправду светится по ночам?

– Она оживает.

– Могу представить, как ты разговариваешь с ним.

– Разговариваю.

Вечнозеленый Кустарник направился обратно к скамейке. По пути он взглянул на висящие на стене старые часы, принадлежавшие некогда мадам Пей. Они были сильно повреждены, когда красные охранники растаскивали имущество, но после приема у Председателя Мао секретарю областного комитета партии было лично поручено разыскать часы и отремонтированными вернуть их героине.

– Вот это здорово! – Вечнозеленый Кустарник указал на газовую плиту. – Какая роскошь! – он покрутил ручку и был поражен, увидев, что она работает. – Тебе больше не надо ходить на грязный угольный склад и таскать тяжелые мешки. Если бы твоя мама была жива, ей бы это очень понравилось.

– Понравилось бы. – Дикий Имбирь опустила голову и взглянула на расставленные по полу растения: камелии, красный мох, орхидеи и густолиственный бамбук, которые так любила мадам Пей.

– «Умение превращать политику партии в действия масс, умение добиваться того, чтобы не только руководящие работники, но и широкие массы могли понять и вникнуть в суть каждого нашего движения и борьбы, – в этом заключается искусство марксистско-ленинского руководства. От этого зависит, будут или нет допущены ошибки в нашей работе…»

Они по очереди читали изречения Мао, следующий отрывок зачитывал Вечнозеленый Кустарник, у него был сильный голос и отличная дикция:

– «…Активность одной лишь руководящей группы, не сочетающаяся с активностью широких масс, выльется в бесплодные усилия кучки людей. Однако и активность широких масс без сильной руководящей группы, должным образом организующей эту активность, не может ни долго удержаться, ни развиваться в верном направлении, поднимаясь на еще более высокий уровень».