Точнее, уже две. Первая, передав колышащемуся перед ними абсолютно черному морю какого-то желе послание от своего отца, шагнула прямо в него. Субстанция будто бы расступилась, пропуская пришелицу. Девушка зачем-то подняла руки, и они виднелись над черным покровом еще некоторое время. Грамону показалось, что в последний момент они дрогнули, сжали кулачки.

– Возможно, это лишь стена. Живая стена высотой в десяток футов, - размышлял Хью. Его била мелкая дрожь, похожая на ту, что так мучала Самбо, а вот попутчицы ничего подобного не чувствовали.
– Если пройти через такую стену, то окажешься... Ну, не знаю. И, конечно, если эта стена не съест тебя.

– Мне надоело с тобой препираться, - вздохнула Лоло.
– Сказано тебе: это не стена, это Чернота. Она выросла почти на весь остров, а скоро займет его весь. Чернота разумна, она бог. Там, в Черноте, можно жить вечно. Мы станем ее рабами, а она за это даст силу Клодж и Ортегу. Мертвые оживают и идут к ней. Если, конечно, тулли не утаскивают их в море... Это Вуду. Вуду - поклонение Черноте. Ты станешь ее рабом, сольешься с ней, и познаешь все.

– Ты вроде не очень хотела с ней сливаться, - напомнил Грамон.

– Зачем теперь об этом говорить?
– нахмурилась Лоло.
– Хочешь опозорить меня перед Чернотой?.. Не пытайся, она все знает. Все, что происходит на острове, а говорят, и не только.

– Откуда же это можно знать?
– Хью проводил глазами вторую девушку. Почти совсем уже стемнело.

"Я иногда говорю с ними..." - слова входили в разум Хью волнами, будто колыхаясь в такт желе.

– Так...
– подытожил Хью.

Он имел в виду, что дело уже так плохо, что хуже некуда. Удрать нельзя, потому что островитяне бегают как олени, и караулят. Если поймают - то наверняка следующий раз говорить не отправят, а используют для своих светопротивных обрядов. Остаться здесь, за речушкой - стать добычей, в этом Грамон поверил Лоло. Сожрет Чернота, войдет в мозг, в душу и пожрет... Что же делать? Передать послание и скрыться во тьме, помахав на прощание королю Тому? На вряд ли это лучше, чем стать добычей.

– Никто никогда не возвращался из Черноты?
– на всякий случай спросил он у Лоло.

"Никто..." - ответила Чернота.

– Какой же ты глупый!
– всплеснула руками девушка, явно не услышавшая ответа.
– Моя очередь сейчас, ладно? Я боюсь, если не успеем до звезд...

– Еще только одно!
– лойнант больно стиснул ее руку.
– Тулли, кто такие тулли? Где они живут?

– Там!
– неопределенно кивнула Лоло, выкручиваясь.
– Можешь пойти, только проще сразу зарезаться!

"Ты будешь хорошим рабом," - звучало в голове Хью. Его трясло теперь так сильно, что едва удавалось удержаться на ногах.
– "Не бойся, это не смерть... Это вечная жизнь... Не надо говорить, входите..."

Хью не то чтобы захотел слиться с непонятной субстанцией, а просто испытал боль оттого, что еще этого не сделал. Он старался остаться на месте, но тело двинулось вперед, так же естественно и бесконтрольно, как отдергивается рука от огня. Лоло что-то затараторила, но лойнант, шипя от боли, сильно толкнул гатку в спину. Успев коротко взвизгнуть, она исчезла в Черноте. Хью завертелся на месте, поискал глазами хоть какой-то цвет, будто надеясь зацепиться за него, удержаться, но уже стемнело.

"Быстрей!.." - и Чернота бросилась навстречу, поглотив лойнанта полностью.

Хью не успел даже задержать дыхания, но этого и не требовалась. Внутри удивительной субстанции свободно дышалось, хотя все запахи исчезли. Кожа тоже не чувствовала совершенно ничего, ушла и боль от ушибов. Вокруг одна Чернота... Грамон попытался дотронуться рукой до лица, но не сумел. Холод стали в руке - вот единственное ощущение, которое он сохранил. Но был еще голос.

– Лоло!!

Ему ответил целый хор голосов, оглушивший на миг в этом царстве черной пустоты. Еще немного голоса перекликивались, затем замолчали. Хью показалось, что меч становится все легче. Он должен был испугаться, но не чувствовал ужаса.

– Чернота!!

"Ты мой раб... Жди..."

Хью попробовал попятиться, но здесь, кажется, не существовало направлений. Что-то промелькнуло возле самого его лица, или так лишь показалось в бархатной тьме? Он не мог молчать, он чувствовал, что растворяется в ком-то, великом, неторопливом, неспешном.

– Лоло!!

– Хью?..
– на этот раз Грамон смог выделить голос девушки из хора. Кажется, она была где-то слева. Кажется...

– Что с нами происходит, Лоло?!

– Забудь...
– прошептала она теперь ближе, остальных слов он не разобрал.

Нащупать ее, дотронуться хоть до кого-то! Хью взмахнул обеими руками, позабыв, что в одной из них меч. Кто-то вскрикнул от боли, здесь, рядом. И тут же другая рука почувствовала тепло. Лойнанту не надо было долго думать, чтобы понять, что это кровь. Горячая кровь.

– Лоло?!

– Больно...

Девушка заговорила увереннее. На этот раз осторожнее, Хью поискал ее рукой. Пальцы едва ощутили что-то, колючее, жесткое, он едва не отдернул руку. Но выбирать не приходилось, лойнант ухватился как мог крепче и потянул к себе.