Нужно сказать, в сияющий экзоскелет Севарена был встроен не только переводчик, но и мощный громкоговоритель, благодаря которому голос профессора понесся над пылающими и дымящимися руинами словно раскаты грома.

Инвестор тоже не подкачал. Его голос был еще громче.

Я видел, как Гайка зажала уши руками. Бедная девочка! Она стояла к источнику звука гораздо ближе, чем мы с Тополем и Тигрёнком. И ее мучения были посерьезней наших.

— Я прибыл, чтобы забрать то, что принадлежит мне! — пророкотала Пирамида.

— Ты имеешь в виду «подсолнухи»? — Севарен грозно подбоченился.

— До чего же неуместное и глупое человеческое слово. Я называю этот артефакт «трансфокатором хрононового излучения». Ты готов отдать мне трансфокаторы?

— Это будет зависеть от того, согласишься ли ты на сделку, которую я предложу тебе.

— Что за сделка? — пророкотал Инвестор. — Ты не мог поговорить о ней раньше?

— Чтобы поговорить с тобой, я послал к тебе своих людей! Но ты не пожелал говорить с ними! Ты убил их!

— Да, я убил их, твоих людей… Людишек… Разве я должен был оставить их в живых? — В голосе Инвестора, казалось, звучало искреннее недоумение.

— Ты должен был с ними поговорить!

— Но почему ты не воспользовался другими способами связи?

Севарен замолчал. Как видно, решал, стоит ли говорить правду.

— Я не знал, как связаться с тобой напрямую. Хотя я не раз предпринимал такие попытки. Но твой человек Шива, похоже, вел свою собственную игру.

— Шива? — удивленно переспросил Инвестор. — Может быть. Налицо ненулевая вероятность. Но сейчас это совершенно не важно, потому что никакого Шивы больше нет. Отдай мне мое, и я оставлю тебя в живых!

— Я сделаю тебе этот подарок. Но в благодарность за это ты должен обещать мне, что выполнишь мое условие.

— Я машина, Севарен. И я не знаю благодарности, — сухо произнес Инвестор.

— Но ты знаешь, что такое импликация. Ведь верно?

— Да, я знаю, что такое импликация.

— В таком случае, — Севарен оживился, — мы построим импликацию следующего вида. Я даю тебе артефакты «подсолнух» числом девятнадцать штук. Из этой операции будет импликативно следовать процедура вида…

«А он хитер, — подумал я. — «Импликация», понимаешь ли! Нет ничего проще, чем обманывать зарвавшиеся машины — будь они хоть полевым искателем Авелем, хоть инвесторами, хоть мутировавшими советскими магнитофонами… Произноси побольше умных слов с уверенным видом — и дело в шляпе!».

Тем временем разборка продолжалась. Пирамида придвинулась к Севарену на несколько метров. Не исключаю, что по мнению Инвестора это должно было добавить разговору интимности.

— Значит, ты хочешь, чтобы я сжег электронные контуры Радара? — спросил Инвестор.

— Да, я этого хочу.

— Но это потребует огромного количества энергии. В данный момент у меня ее нет. Мои накопители наполовину пусты, а генераторы не смогут выдать достаточную мощность в импульсе.

Севарен на секунду задумался. Как видно, что-то калькулировал в уме.

— Энергия — не проблема, Инвестор. Да будет тебе известно, «Наутилус» оснащен собственным ядерным реактором!

«Нормальная постановка вопроса?» — подумал я и посмотрел на Тополя.

Его брови тоже взлетели на лоб. Доктор Севарен был рисковым мужиком. В каком-то смысле еще более рисковым, чем все мы, сталкеры.

Мало того что он построил ядерный реактор в Зоне, набитой аномалиями. Так он еще и годами жил рядом с ним! Воистину долбанутым нет покоя…

— И как же я смогу получить доступ к этой энергии? — спросил Инвестор.

— Мои инженеры в кратчайшие сроки демонтируют излучатель электронной пушки, который ты чуть было не уничтожил. — С этими словами Севарен показал на «антенну», венчавшую титановую вышку, которая возвышалась над объектом «Наутилус». — И после демонтажа тебе будут доступны разъемы питания излучателя… Ты сможешь подключить свою систему питания к этим разъемам?

— Об этом тоже придется позаботиться твоим инженерам, — царственно произнес Инвестор.