Ему даже не пришлось заводить разговор о Биллибое, сэр Рон сам это сделал, поглощая жареную камбалу. Они сошлись во мнении, что нынче в меню поразительно много разнообразных блюд и очень мало съедобных. И мужественно проглотили брокколи.

– Биллибой может погореть, – небрежно бросил сэр Рон, – Нельзя прыгнуть выше головы. Люизита не так много, как он полагает. Парочка третьестепенных стран уже наплевали на договор. Они попросту свалили все это в ближайшую шахту, и черт с ней, с питьевой водой. Да и кто бы поступил иначе, если бы мог остаться безнаказанным?

– Включая Биллибоя, – не удержался Барли.

– Да, за ним понадобится глаз да глаз, если он таки ухитрится открыть здесь производство, – мирно произнес сэр Рон. – Однако он все же очаровашка. Джулиет часто приглашала его на ужин. Вам с Дорис тоже стоит заглянуть как-нибудь вечерком. Хотя она, я полагаю, занята на работе. Работа на телевидении скверно влияет на светскую жизнь.

– Я слышал, что Биллибой намерен заключить партнерское соглашение с Макаровым, – отыгрался Барли за то, что его не пригласили на ближайший званый ужин.

– Мой люизит, твои ядерные отходы, ха-ха, – сказал сэр Рон. – Имеет смысл. Но представь себе, какой поднимется шум – «только не на моем заднем дворе». На одни переговоры будет угроблена куча времени. Французы справились с этим лучше. Разве, осушая озеро, вы спрашиваете разрешения у лягушек? Во Франции все, кто живет в окрестностях атомных электростанций, пользуются электроэнергией бесплатно. Это быстро затыкает рты.

И это было практически все, что Барли мог из него вытянуть. И вот теперь он с разочарованием узнал у портье, что Грейс нет дома. Он был рад, что Грейс выбрала себе квартиру в приличном месте, респектабельном и вполне подходящем для женщины в ее положении. Он подумал об Уайлд-Оутс, в данный момент представляющем собой не что иное, как строительную площадку, и испытал чуть ли не зависть.

Дорис пообещала, что к его дню рождения особняк будет готов. Барли сильно в этом сомневался. Он гораздо лучше ее знал, что такое строители: чем сильнее ты на них давишь, тем более неподатливыми они становятся, совсем как шарики ртути, разбегающиеся во все стороны. Он также знал, что силовые методы редко срабатывают. К примеру, взвешивание Росса каждую пятницу под угрозой вычетов из зарплаты лишь заставляет шофера больше есть. Все так устроены. Умные люди никогда не идут на конфликт со строителями, они понимают, что расценки – это не точная наука и что клиент со строителем находятся в одной упряжке, разделяя общий риск. Копни поглубже, и Бог знает, что ты там найдешь. Мои дом и деньги, твои – профессионализм и тяжелый труд. Все идет так, как идет, по очень веской причине: рутина и опыт могут казаться неэффективными и глупыми, но они учитывают человеческий фактор, погоду, ландшафт и сухую гниль.

Что же до дней рождения, то это Дорис придавала им значение, а Барли было наплевать. Дорис нужны подарки, денежные траты, поздравления с приходом в этот мир и весь набор особого внимания персонально к ней. Барли же давно все это перерос. Сколько ему исполнится? Пятьдесят девять? Невыносимо, и лучше об этом не вспоминать. Мысли о возрасте плохо влияют на дела.

– Она ушла со своим молодым человеком, – сообщил мистер Циглер. – Да еще здесь был второй, который заявил, что ищет свою мать. Но мисс Макнаб не похожа на чью-нибудь мать и не ведет себя как таковая, позвольте заметить. Снует туда-сюда, как челнок. Не говоря уж о ее подруге, которая вышла на десять минут и вернулась с иностранцем с золотой булавкой для галстука. По мне, так она не его типа, но некоторые мужчины предпочитают миди-, а не мини-юбки, когда уже все сладилось.

Может, это смена фамилии на нее так повлияла? Превращение из миссис Грейс Дороти Солт обратно в Дороти Грейс Макнаб – Барли никогда не нравилось имя Дороти, поэтому после свадьбы она по его просьбе стала называться Грейс – было слишком внезапным. Она снова обрела свою прежнюю личность, стала той, кем была до замужества, и если этой личности семнадцать лет, то дело дрянь. И это его, Барли, вина. Он попросил Грейс вернуть девичью фамилию только потому, что этого хотела Дорис, и Грейс согласилась, потому что в отличие от Дорис привыкла оказывать людям услугу, если это в ее силах.

Барли попросил мистера Циглера передать Грейс, что заходил ее бывший муле, на что мистер Циглер ответил, что он не служба информации, пробормотал себе под нос что-то насчет грязных старикашек но, в конце концов, согласился.

Росс припарковался на противоположной стороне узенькой улицы, на двойной желтой полосе. Линии по обеим сторонам дороги ограничивали проезд для всех, кроме таксистов, высаживающих тут пожилых леди, и поставщиков, готовых рискнуть штрафом. Барли вышел из дверей дома, спустился вниз по широким ступеням и на мгновение задержался на краю тротуара. Из ниоткуда вынырнул черный джип и помчался прямо на него, на полной скорости въехав на тротуар. Барли понесся вверх по ступенькам. Раздался металлический скрежет, и, задев фонарь в стиле короля Эдуарда, монстр на колесах умчался прочь. Росе с красным лицом выскочил из машины Барли. Из дверей вышел мистер Циглер. Барли секунд пятнадцать стоял в шоке, прижавшись к кирпичной стене.

– Я все видел, – осуждающе сказал мистер Циглер. – Кто-то покушался на вас. Вы связались с опасными людьми.

И ушел обратно в дом. Росс, тяжело дыша, открыл заднюю дверцу машины. Его лицо постепенно обретало нормальный цвет. Барли плюхнулся на заднее сиденье, Росс завел мотор и тронулся с места.

– Это ведь не случайность, как ты думаешь? – проговорил с заднего сиденья Барли.

– А что еще это может быть, сэр? – удивился Росс. – Неприятно, но такое случается. Нога попала на газ, а не на тормоз, скорее всего. При автоматической коробке передач такое случается, если машину как следует не разогреть.